Сердце истинного вампира - Северина Мар Страница 100

Вскочив с кровати, Катаржина подбежала к трюмо и уставилась на себя в зеркало. Что с ней случилось? Ее что, подменили? Она даже прижала ко лбу ладонь. Температуры не было, кожа была не горячее, чем обычно.

Нет, она оставалась прежней. И в то же время что-то в ней сломалось, и теперь, словно цветы через проломленный лед, прорывалось что-то новое, еще хрупкое, нежное и слабое, чего она боялась, но и остановить не могла.

Катаржина понятия не имела, сколько времени провела взаперти. Окон в ее комнате не было, еду ей не приносили. Когда ей надоедало ходить кругами, она кричала и колотила руками в дверь, пытаясь ее выбить. Все было бесполезно. Если это место когда-то построили вампиры, то сбежать из него было невозможно.

Стены были толстыми и прочными, сложенными из камня, двери – тяжелыми, обитыми серебром и железом. Катаржина рассматривала разные варианты побега, но в конец концов ей пришлось признать, что вентиляционные решетки намертво вделаны в стены, да еще и сами шахты слишком узкие, чтобы она могла бы в них пролезть. По той же причине отпадала и канализация.

Она пила солоноватую воду из-под крана, постепенно чувствуя, как внутри пробуждается дикий, волчий голод, и много спала, свернувшись на кровати и прижав колени к груди. Ей снились страшные, тревожные сны, в которых она бродила в кромешной тьме по их дому в Морнаво и никого не могла найти, ни отца, ни Игната, ни Агнешку. В конце она всегда попадала в склеп матери. Ее пробирал невыносимый, нечеловеческий страх, и она просыпалась с колотящимся сердцем.

Прошло дня два или три, когда за ней пришли.

Двери распахнулись, и внутрь зашла Дана в сопровождении не меньше десятка девушек.

Катаржина села на кровати, свесив на пол босые ноги. Она была так голодна, что клыки помимо ее воли заострились, а по подбородку потекла слюна от одного только запаха свежего сырого мяса, которое они принесли.

Она бросилась вперед, и девушка, несущая в руках поднос с кусками вырезки, выронила его. Мясо плюхнулось на пол, забрызгав все кругом свежей кровью.

Забыв обо всем, не думая ни об унижении, ни о собственном достоинстве, Катаржина опустилась на колени и принялась есть мясо, руками запихивая его в рот и облизывая покрытые кровью пальцы.

Глава 23

— Раз вы поели, панде Катаржина, позвольте помочь вам привести себя в порядок, – сказала Дана.

— Ты думаешь, что я не смогу сама принять душ и уложить волосы? – поинтересовалась Катаржина, выпрямляясь и вытирая ладонью рот. – Да и зачем мне…

Она хотела добавить «куда-то наряжаться», как вдруг покачнулась, пол пошел ходуном. Первой мыслью было: землетрясение, но нет – остальные же стояли ровно. Плыла только она.

Катаржина отошла назад, ослабевшие ноги подогнулись, и она плюхнулась на кровать. Зрение помутилось, пропала острота. Слух притупился – она больше не слышала ни биения сердец, ни прерывистого дыхания обступивших ее девушек. Хуже всего пришлось обонянию: его будто разом обрубило.

— Проклятье! – Катаржина сжала ладони, впиваясь ногтями в простыни.

Все это было ей до ужаса знакомо. Она уже испытала подобное, когда Домак влил ей в рот сыворотку, на время усыпившую ее внутреннего волка. Теперь она не сможет обернуться, даже если очень сильно пожелает. Теперь она во всем как простой человек.