Приезжайте: у нас смертельно опасно - Ольга Авдеенко Страница 79

— Как вам удалось найти Адама Таннера, сэр? В участке мне сказали, что он сбежал, его искали по всему городу.

— Я заметил, что появление мужа миссис Барнетт произвело на него, мягко говоря, гнетущее впечатление. И подумал, что он может пойти оплакивать свою любовь туда, где ее нашли.

— Что вы думаете о его исповеди?

— Считаю, она было искренней, – уверенно ответил пожилой джентльмен. – Сейчас я внимательно следил за ним: он почти слово в слово повторил то, что мы с Патрисией услышали от него в павильоне. А в тот момент он был совершенно откровенен, за это я ручаюсь.

В комнату тихо вошел сержант Бейли. Он осторожно притворил за собой дверь и прислонился к косяку, не рискуя приближаться к инспектору.

— Прошу прощения, сэр, – несмело заговорил он, – вам удалось узнать что-нибудь от Таннера?

Найт, хотя и был недоволен действиями сержанта, решил, что выносить ему публичный выговор уже бессмысленно, и спокойно сказал:

— Ничего существенного. Он поведал нам историю своей несчастной жизни и безответной любви. Только начал рассказывать о свидании в тот роковой вечер, но мистер Барнетт не дал ему договорить.

— Там, в павильоне, мы с Патрисией ничего нового об этом не узнали, – вставил сэр Уильям. – Таннер изложил ровно то же, что мы все уже слышали от него ранее.

Инспектор молча покивал головой, а потом сказал:

— Пожалуй, я с вами соглашусь, сэр: сейчас Таннер ничего не придумывал. Разве что опять что-нибудь опустил. Например, он ни разу не обмолвился об анонимных письмах, хотя обо всем остальном говорил весьма подробно.

— Может быть, Таннер о них не знал? Кстати, что это за анонимные письма?

Патрисия обрадовалась, что дядя задал вопрос, который уже давно ее мучил.

Найт сверился со своими записями и объяснил:

— Письма, порочащие миссис Барнетт. Теперь можно выстроить некую последовательность событий, которые, как я думаю, имеют к ним непосредственное отношение. Полгода назад после случая с курьером миссис Барнетт ушла от мужа. Почти сразу она сказала об этом Адаму Таннеру, при этом дала понять, что его любовь к ней безнадежна. Таннер уволился. А еще через короткое время на имя директора школы Барнардо пришло первое анонимное письмо. В нем упоминались имена и содержались подробности, о которых мог знать только тот, кто имел отношение к школе. Это особенно удручало директора – человека, по-моему, в высшей степени порядочного и добросердечного. Он не знал, как поступить, и решил посоветоваться с мисс Дэвенпорт, зная о ее дружбе с миссис Барнетт. Они оба договорились не посвящать в это миссис Барнетт. Все последующие письма директор сжигал не читая. Ну, а мисс Дэвенпорт все же не выдержала и рассказала о них подруге.

— Жаль, что письма не сохранились, – посетовала Патрисия. – Иначе можно было бы сравнить почерки в них и в той записке с угрозой – вдруг их писала одна и та же рука? А по почтовому штемпелю можно было бы определить, откуда они были отправлены… А еще можно было бы как следует рассмотреть бумагу, на которой они написаны. Может быть, на ней была какая-нибудь эмблема или водяной знак?

— Или подпись, – с серьезным лицом съязвил пожилой джентльмен. – А также род занятий и домашний адрес. К чему сожалеть о том, чего не вернешь, дорогая?

— Ваш дядя прав, мисс Кроуфорд, – сказал Найт, пряча улыбку.