Зов лисы - Валерий Горшков Страница 114

Забирать принесённые для общения с Хийси предметы Агата не стала: осознание того, что именно их отец использовал при расщеплении её души, вызывало к ним отвращение. С собой она прихватила только диктофон.

По пути к перелеску дед Матвей достал из внутреннего кармана своей куртки устройство, чем-то отдалённо напоминающее старый КПК с qwerty-клавиатурой. Только из привычных клавиш Агата увидела лишь цифры. К странному девайсу Матвей подсоединил небольшую лопатообразную антенну с пистолетной ручкой, которой тут же начал водить из стороны в сторону, точно экстрасенс рамками.

— Что это? — спросила Агата.

— Пеленгатор, — ответил Матвей. — «Лису» поможет найти.

— Какую ещё лису? — не понимала Агата, подумав о поисковом отряде. — Настоящую?

— Я про разлом, — объяснил Матвей. — Он ведь не обязательно физически должен выглядеть как разлом, может, это лужа, а может, пятно на камне. «Лисой» я его назвал, потому что буквально сейчас занимаюсь своим юношеским увлечением — «охотой на лис».

— У вас в молодости была такая штука?

Агата указала на пеленгатор.

— Да нет, намного примитивнее. «Охота на лис» — это спортивная радиопеленгация, модное когда-то военно-техническое увлечение, даже входило в Единую всесоюзную спортивную классификацию, ДОСААФ поддерживал. Это что-то навроде спортивного ориентирования, только собирать нужно радиометки, выискивая их на разных частотах. У нас же сейчас частота известна — 4625 кГц, что делает поимку «лисы» менее интересной.

— Да поскорее бы, — буркнула Агата, запрокидывая голову.

Они вышли к огромной, коричневой от ржавчины вышке, скрученной гигантскими болтами из металлических профилей. Железобетонное основание мачты сливалось со скалой, а упирающаяся в ветер вершина, увешанная остатками старого оборудования, тонко стонала, взрезая шпилем громоотвода кружащие на месте свинцовые облака.

Неподвижные Метсэнвяки, сомкнувшись плечом к плечу и заполнив все свободные места между деревьями, наблюдали за ними. Пути назад не осталось.

Пеленгатор равномерно попискивал в руках Матвея. На его дисплее плясали какие-то цифры. Вдруг сигнал участился. Писки начали повторяться быстрее.

— Это плохо? — насторожилась Агата.

— Нет, это, наоборот, хорошо. Идём по бипперу.

Старик вёл их туда, где писки становились чаще. Путь лежал прямиком к вышке, её железобетонному основанию и тому месту, где оно прилегало к скале.

Сигнал пеленгатора слился в непрерывный писк, стоило поднести устройство к трещине между бетоном и камнем. Щель была достаточной ширины, чтобы в неё мог протиснуться взрослый человек, вот только глубиной казалась слишком малой: сантиметров пятнадцать провала, а дальше лишь застывшие в цементе щебень да арматура.

— Нет, всё же и впрямь разлом, — с разочарованием проговорил Матвей, выключая пеленгатор.

— Тут? — не поверила Агата.

Старик кивнул. Он просунул руку в щель и потрогал бетон.

— Ты у нас проводник, — сказал он. — Меня не пустит одного.

С сомнением Агата потянулась в рако. Её рука достигла бетона и прошла сквозь него, будто того и не было. В страхе она отдёрнула руку. Затем повторила опыт. Она совсем ничего не чувствовала.

— Полезли уже, — поторопил Матвей. — Да стой! Руку-то дай мне, а то я тут останусь.

Сжав сухую ладонь старика, Агата шагнула боком в бетон и сорвалась вниз, утянув Матвея за собой. Протащило их немного — где-то на полметра, а дальше она успела упереться спиной и руками в стены. Старику то же далось сложнее, но небольшая ширина разлома позволяла это делать без больших затрат силы.