Зов лисы - Валерий Горшков Страница 113

— Теперь включай диктофон.

После начала записи старик поднял турку над плошкой.

— Дух перехода, хранитель леса, позволь нам подойти к разлому, — говорил, больше не страшась быть услышанным, Матвей. — Со мной Варьовайнайя, что ты искал…

Агата отстранилась. Со всех сторон сквозь туман к ним двигались тени. Чем ближе они становились, тем отчётливее в них проступали человеческие черты и запах — настоящая вонь перегнивших листьев и хвои. В голове пульсировала только одна мысль: старик использовал её для каких-то своих целей.

— Мы вместе отправимся в Маналу и добудем для тебя Метсэн сюдянкиви, — продолжал старик. — Варьо воплотится со своими сущностями и исчерпает долг перед Калмой, а следом мы закроем разлом, и ты сможешь наложить свою печать.

Агата облегчённо выдохнула. Старик тем временем перестал говорить и тонкой струйкой полил расплавленный воск в миску. В прохладной воде тот сразу же застывал причудливым сгустком. Лицо Матвея исказилось в отражении дрожащей воды до условного без явных черт.

— Останови запись, — попросил Матвей, когда воск закончился.

Он забрал диктофон у неё и перемотал кассету назад, после чего воспроизвёл.

«…Сможешь наложить свою печать», — прозвучал голос Матвея.

Звук плещущегося в воде воска на записи исказился и обернулся уже знакомым Агате клокочущим бесплотным голосом.

«Чем закрыть проход сможете?» — спросил Хийси.

Больше он ничего не произнёс. Плеск воды продолжился до просьбы Матвея остановить запись.

Тогда старик вытащил получившийся сгусток воска из воды, разломал на части и снова забросил в разогретую турку. Когда он растаял, Матвей дал ответ.

— У нас есть шаманская свистулька, — оповестил он и поглядел на Агату. — Покажи.

Суетливо, стараясь достать её быстрее, чем к ним подойдут Метсэнвяки, Агата полезла в карман. Выхватив глиняную фигурку, она подняла её высоко над головой.

— Вот! — крикнула Агата.

Оглядев кругом переполненный Метсэнвяки лес, она зачем-то сунула свистульку в рот и дунула. В ту же секунду раздался пронзительный, режущий уши писк, и весь заполнивший поляну туман разом опал на землю водой, точно её вокруг из невидимых вёдер выплеснули.

В оголённой низине вокруг них встали неподвижно Метсэнвяки — когда-то давно пропавшие без вести люди. Они выглядели как живые, вот только выдавал их до отвращения сильный запах перегноя. Среди сущностей, около половины которых составляли военные в советской форме, Агата увидела знакомые лица: Андрея, купившего отцовскую машину, Захара Акунича и водителя, который их подвозил, нападавшего на неё на автовокзале Петрозаводска бездомного, маленькую девочку, преследовавшую Агату в Новозакаменском сквере, и даже Игоря — высокого парня, так не вовремя обнаруженного в лисьей норе.

Матвей остановил запись и, перемотав её назад, запустил. Из динамика потекли стеклянные переливы какой-то по-неземному завораживающей мелодии. С таким звуком могли формироваться снежинки или сиять далёкие звёзды, если бы человек мог их слышать. Как поняла Агата, для тонкого мира шаманская свистулька звучала совсем иначе.

«Великая сила в этой безделушке, — пробурлил дух на записи. — Ступайте к рако зачем пришли».

Метсэнвяки расступились, образуя между деревьями зловонный коридор к видневшемуся впереди пролеску.