Бумеранг с автопилотом - Дарья Донцова Страница 81

– Девушку на киностудию привел помощник режиссера, он Карелию на улице встретил, – напомнила я.

– Ой, не могу! – рассмеялась Бубнова. – Ну, слушайте правду! Заикин дома сидел, и вдруг – звонок в дверь. Машка принесла ему деньги, почтовый перевод. Раньше интернета не было, если кто хотел сумму отправить, то он шел в отделение связи, отдавал купюры, а получатель их мог взять на своей почте или домой ему приносили. Машка ассигнации приволокла, ей предложили чайку выпить. Думаете, она не поняла, чего Михаил хочет? Ха! Вмиг в уме сложила: квартира в кооперативном доме, да не однокомнатная, мужчина во все импортное одет – похоже, он при деньгах. И осталась. А осенью любовник ее в театральный вуз пристроил, заветное желание любовницы исполнил.

Домработница тихо хихикнула.

– Заикин живо Машке другой паспорт сделал, она стала Карелией Ломоносовой. И денег хороших кому надо заплатил, взяли бывшую Машку, теперь Карелию, в кино на главную роль. Историю придумали, будто ее на улице случайно помощник режиссера встретил. Народу такое нравится. Разнообразия газет и журналов тогда не было, но об актерах, певцах и писателях пресса охотно статьи печатала. И вдруг – бац! – беременная она! – Ксения улыбнулась. – А штампа в паспорте нет! Но у Михаила волшебная палочка была. Появилась в документе нужная отметка.

– В книгах записей актов гражданского состояния нет отметок о регистрации брака Ломоносовой, – быстро сообщил Димон.

– Так я и не говорю, что они все чин по чину сделали, – рассмеялась Бубнова. – Паспорт украсили – и хватит. Кто же в эти книги полезет смотреть?.. Появился мальчик, мать его продала, потом в свое полное удовольствие жила.

– Мне Миша велел так поступить, – неожиданно стала отбиваться Ломоносова, – сказал: «У тебя карьера только начинается, мальчик будет помехой».

Бубнова нахмурилась.

– И так она похорошела после своего подлого поступка! Никогда не была красавицей, а теперь прямо картина!

– Как понять ваши слова «мать его продала»? – не выдержала я.

Бубнова хохотала. Похоже, она решила выложить все, что знала, не хотела, чтобы ее остановили, поэтому проговорила очень быстро:

– Новорожденного забрали хорошие люди с деньгами, ребенок у них никак не получался. Карелии они хорошо заплатили.

Мы с Димоном и Егором сидели молча. Никому из нас не удалось докопаться до этих сведений.

– Михаил все мог! – с нескрываемым восхищением воскликнула Ксения. – Сейчас подобных мужчин не встретить.

– Ага, – прищурилась Ломоносова, – у тебя на лбу тогда надпись горела: «На все готова, пусть он меня к себе в койку уложит!»

– Прекратите! – неожиданно зло и резко велела Вероника. – Противно смотреть, как две бабки ругаются!

– Сама ты бабка страхолюдная! – по-детски отреагировала Карелия.

– Ой-ой-ой! – рассмеялась Вероника. – Куда подевалась ваша душевная тонкость, интеллигентность? Да, придется признать: вы, Карелия, старуха! Печалька, конечно. Смириться вам с этим трудно, но придется. Ребенка очередного не родить, а красота не вернется. И денег у вас мышь начихала. – Потом жена Зотова глянула на меня. – Вы очень старались, но кое-что никогда вам не узнать.

Дверь в кабинет тихо открылась, появилась Маргарита Николаевна Митина.

– Здравствуйте, – спокойно поздоровалась она.