Дочь от бывшего. Ты предал нас - Мила Гейбатова Страница 5

— Ну, — пожимаю плечами, — нечего, так нечего. Кофе все равно нет, и варить его я не буду, — произношу, присаживаясь на краешек дивана и принимаюсь обратно засовывать рассыпанное на полу в рюкзак.

— Так и не купила нормальную сумку? — поджимает губы Ульяна Сергеевна. — Все ходишь со своей поделкой?

— Ручная работа ценится везде и всеми, — спокойно отвечаю.

— Ладно, — свекровь тоже присаживается на краешек дивана только с его другого конца, — чаю нам сделай. Потом свои художества уберешь, это терпит.

— Чай я тоже делать не буду, — флегматично произношу, выпрямляясь. Кажется, я собрала все. — Но вы можете сами себе налить, чувствуйте себя как дома, вы же член семьи, а не гость.

Не знаю, почему я вредничаю, видимо, сказывается вечное безропотное подчинение семье Саши, и сейчас, после его предательства, проснулась прежняя я, которую не смогла сломить авторитарная тетка, но которая сама себя окоротила ради любимого. И, как оказалось, зря.

Так что дело не в чае, мне не сложно его налить, дело в принципах.

— Вот ты как заговорила, — тянет свекровь, — а не боишься, что я Саше пожалуюсь?

Конечно, за несколько лет она выучила мои болевые точки, я ведь была перед ней, как на ладони.

— Нет, не боюсь, — качаю головой, — я видела его с другой, мне уже все равно.

Изначально я не собиралась сообщать Ульяне Сергеевне об измене ее сына, но, видимо, мне нужно поделиться хоть с кем — то, чтобы стало легче.

— С Янессой, что ли? Рыжая эффектная девушка, не чета тебе, да? — усмехается свекровь.

Ее реплика как удар под дых. Я не ожидала, что она в курсе измен ее сына, что она даже с девицей знакома.

— Вы ее знаете? — спрашиваю, а у самой кончики пальцев немеют от переизбытка эмоций, ведь предательство Чернышова выходит на новый уровень.

— Конечно, знаю, — кивает Ульяна Сергеевна, кидая на меня псевдо сочувствующий взгляд, — это его подруга с института. Там такая любовь была, такая любовь, — Она качает головой, — но, к сожалению, молодые и горячие они разругались, а потом мой сын встретил тебя и почему — то вцепился. Хотя я ему сто раз говорила, что ты нам не ровня, в отличие от Янессы. Он все уговаривал меня, просил принять тебя в семью, быть ласковее, и я сдалась. Но ты до сих пор даже внука мне не удосужилась подарить. Впрочем, вопрос уже решен, Сашенька вновь начал общаться с девушкой из хорошей семьи, а ты ушла на второй план. Даже если ты была бы беременна, мы бы просто забрали ребенка, а тебя выгнали, — заканчивает моя свекровь свои откровения с настоящим оскалом вместо улыбки. — Сама должна понимать, ты ничего наследнику Саши не смогла бы дать, для тебя этот вариант тоже был бы предпочтителен.

Последняя фраза особенно сильно впечатляет меня, мои глаза мечутся по полу, и тут я вижу злосчастный тест на беременность, откатившийся дальше остальных вещей, и потому не убранный мною в рюкзак.

И этот тест сейчас преспокойно лежит возле правой ноги моей свекрови. Стоит только ей перестать сверлить меня злорадным взглядом, и она заметит, она увидит, и что будет дальше, она уже озвучила…

Глава 4

Лихорадочно соображаю, что мне делать. Правовая сторона вопроса меня сейчас мало волнует, Чернышовы могут себе позволить ее миновать, организовать так, словно они правы, словно они поступают благородно, а не остальные. Ведь всегда можно выставить меня той, кому нельзя доверить воспитание ребенка. Вариантов много, ведь я всего лишь безработный дизайнер по сравнению с Чернышовыми.