Между нами ничего не было - Ария Тес Страница 122

— Ты как? - тихо спрашивает Айша, я отвечаю честно.

— Я в ахуе.

Оборачиваюсь и понимаю, что Киры в комнате тоже нет, и мне это уже не нравится.

— Где Кира?

Бодров странно косится в сторону коридора.

— Она в спальне?

Не менее странно кивает Айша. Ясно. Что-то явно грядет, и это что-то мне очень не понравится. Вон уже…нутро сдавило.

Кира действительно в спальне. Я слышу по тихому шороху из-за двери и ненадолго замираю. Мне почему-то дико страшно. Сердце опять начинает быстрее стучать, пульсируя в висках. В подушечках пальцев. Голову немного ведет. Это алкоголь? Возможно, конечно, только я знаю: нет, дело не в нем. Мне просто страшно, что сейчас может что-то важное рухнуть. Что-то, чем я до бесконечного дорожу…

Ладно. Хватит тянуть кота за причинное место. Киваю самому себе, толкаю дверь и…да, мне на голову что-то важное все-таки рушится.

Почти собранная сумка с вещами стоит на небольшой кушетке у основания кровати. Эта сумка — апогей всего того ужаса, который я иногда ловил, когда представлял, что однажды настанет тот день, и она от меня уйдет. Я не справлюсь, не смогу доказать, что со мной хорошо может быть! Правда! И она просто уйдет…оставит меня в этой квартире одного. В этих стенах, которые по факту ей принадлежат, а она все равно их сама покинет…

Сука…

Кира стоит у комода, она смотрит на меня, пока я гипнотизирую взглядом сумку.

— Что это такое?

Звучит очередная тишина. Она не отвечает мне, отворачивается и закрывает верхний ящичек.

Я буквально нутром чувствую волны боли, исходящие от нее.

— Я поживу пока у себя, - роняет еле слышно.

Бам! А для меня это как перезвон всех колоколов мира. Прямо в моей башке.

Медленно поднимаю на нее взгляд, хмурюсь.

— В каком смысле?

— Пожалуйста, Эмиль. Не усложняй.

Кира не смотрит на меня даже сейчас. Она подходит к сумке, грузит туда остаток приготовленных вещей, потом жужжит молния. Я тут же делаю шаг и рычу:

— Она тяжелая! Не вздумай ее брать!

Ее ручка медленно опускается вдоль туловища.

Сука…идиот.

Шумно выдыхаю, тру глаза и делаю в кои-то веки что-то правильное: подхожу, беру ее за плечи нежно и разворачиваю на себя.

— Кир, что ты делаешь? - шепчу.

Она мне не отвечает, но я знаю, что это не из-за отсутствия слов. Моя жена просто еле сдерживается, чтобы не заплакать.

Сука…

Еще раз выдыхаю, потом подвожу ее к постели, сажаю и сам присаживаюсь на колени напротив.

— Родная, посмотри на меня.

Как ребенок. Кира мотает головой, упрямо разглядывая свои руки. Девочка моя…

— Я знаю, новости дерьмовые. Ты очень переживаешь и…

— Эмиль, я не хочу разговаривать.

— Но тебе придется, потому что я не собираюсь никуда тебя отпускать. Это же…

— Как ты не понимаешь? - жалобно шепчет она, быстро стирает слезу, а потом все-таки смотри на меня, - Она умирает. Ты осознаешь? У нее через неделю операция, и она может умереть.

Кира права. Я до конца не осознаю, потому что такое сложно осознать! Я знал Кристину долго. Я жил с ней. Я ее любил. И да, сука, это сложно осознать за такое короткое время, но…

— Какое отношение мы имеем к ее болезни? - задаю, как по мне, очевидный вопрос.

Кира пару раз моргает. Мне на миг даже кажется, что я смог достучаться до ее разума, поэтому улыбка трогает уголки губ, я тянусь к ее щеке, но тут же она отстраняется и вопит.