Последний якудза. Закулисье японской мафии - Джейк Адельштейн Страница 23

Суд Ниигаты получил одиннадцать отрубленных пальцев от молодых людей, которые просили казнить их вместо обвиняемых повстанцев. Отрубленные пальцы служили знаком их искренности. Этот ритуал был обычным делом в послевоенном мире якудза.

Суд вынес относительно легкое наказание. Многие понимали, что убийцы премьер-министра выйдут на свободу уже через пару лет, если не раньше. Неспособность сурово наказать виновных в «инциденте 15 мая» олицетворяла собой неспособность демократического правительства противостоять военному, что еще сильнее подорвало верховенство закона и порядка.

Когда Миками вышел из тюрьмы на несколько лет раньше истечения срока по условно-досрочному освобождению, он стал правым активистом. Затем в 1941 году он создал организацию, которая предшествовала Дзиритсуши. После войны Миками был захвачен боссом Сумиеси-кай и служил вербовщиком у якудза.

Именно в Дзиритсуши Сайго познакомился с Такахико Иноуэ, боссом Инагава-кай, а также членом престижной семьи Йокосука (Йокосука-икка). Они поладили. Иноуэ было за тридцать, Сайго – двадцать один. Сайго только начинал свою карьеру, а Иноуэ уже утвердился.

Иноуэ был родом с Кюсю, самой южной части Японии, где мужчины были отважными, а женщины темноволосыми. Ему нравились американская прямота и чувство юмора Сайго, а Сайго восхищался его спокойствием и честностью.

В 1977-м, когда Иноуэ исполнилось тридцать, он был избран управляющим директором Инагава-кай – особая честь для группы, которая к тому времени достигла своего пика и насчитывала более 10 000 членов. Он был самым молодым управляющим за последние десятилетия. Он также помогал руководить правой группой Дайкоша, которая была средством выражения националистических настроений Инагава-кай.

Иноуэ удалось открыть первый офис Инагава-кай на грязных улицах Кабукичо, и несмотря на то, что множество банд уже претендовало на местную территорию, ему удалось отбить ее без кровопролития. В его непосредственном подчинении находилось 100 человек. В молодости Иноуэ был печально известен тем, что ввязывался в драки с другими якудза по малейшему поводу, но к моменту знакомства с Сайго он стал более сдержанным и был любимцем в своих кругах.

Люди называли его Буддой (позже он стал настоящим буддистским священником). Он был немного полноват, и его преждевременно поседевшие волосы придавали ему властный вид, как и его склонность носить темные костюмы. У него было квадратное лицо, из-за которого он походил на мопса, и это лицо обычно украшала полуулыбка. Иноуэ был весьма популярен среди дам в квартале красных фонарей.

Время от времени он читал Сайго нравоучения о том, что значит быть настоящим якудза. Возможно, он немного романтизировал все это. Когда его мать отбывала срок в тюрьме, она написала ему письмо, в котором просила жить идеалами якудза, которые он исповедовал. И Иноуэ старался изо всех сил. Он искренне верил, что без благотворительности и доброй воли якудза перестают становятся обычными головорезами и мафией. Якудза должны помогать местным, иначе местные не будут платить им за защиту. Это значило, что они никогда не должны создавать проблем гражданским лицам, никогда не беспокоить простых людей. И если у них появляется шанс сделать что-то хорошее, они должны использовать этот шанс как можно скорее.