Друид. Жизнь взаймы - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 99

Но чем глубже мы забирались, тем реже она собирала. Листья стали встречаться с бурыми пятнами, а стебли стали кривые.

— Эти уже не годятся, – покачала головой Елизавета, разглядывая очередной куст. – Аномалия и до них добралась.

Вот и ещё одна причина поскорее разобраться с печатями.

Вскоре мы нашли нужный дуб. Вернее – то, что от него осталось.

Судя по всем признакам, он был уже давно мёртв. Кора отвалилась кусками. Ветви торчали голыми костями без единого листа. Корни покрывала чёрная маслянистая дрянь. А по стволу шла трещина – широкая, от корней до середины. Будто расколол кто-то изнутри.

Елизавета подняла линзу, глянула и тут же опустила.

— Свечения нет. А значит, и магии никакой внутри уже нет, – печально констатировала она.

Я подошёл к дереву. Положил ладони на ствол.

Но ничего не отозвалось. Словно я приложил руку к обычному камню.

Попробовал влить силу в дерево. Открыл канал, направил её. Энергия ушла, как вода в песок. Впиталась и исчезла.

Я влил ещё. И ещё. Резерв таял, а результата ноль.

Знакомое чувство. В прошлой жизни я пару раз пытался спасти безнадёжные проекты. Вливаешь деньги, время, нервы, а отдачи нет. И самое тяжёлое – признать, что всё, пора заканчивать.

— Хватит! – Елизавета схватила меня за плечо. – Опять себя гробишь!

Я отступил. Сел на мох, тяжело дыша. Елизавета была права – это бесполезное дело. Только энергию впустую потрачу.

Но было довольно приятно осознавать, что она обо мне беспокоится.

— Его нельзя оживить? – тихо спросила Елизавета.

— Нет. Печать привязана к живому дереву. Дерево погибло, а вместе с ним и печать, – помотал головой я.

— А новую создать? На другом дереве?

Хороший вопрос. Дед писал, что его прадед создал все девять печатей. Создал – значит, теоретически это возможно. Но прадед был друидом с многолетним опытом. А я третью неделю как вторую ступень осваиваю.

— Пока нет. Сил не хватит, – честно ответил я.

Лиза кивнула. И больше ни о чем спрашивать не стала. Но и её молчание было хорошей поддержкой. Во взгляде это было хорошо видно.

Обратно мы шли молча. Да уж, не самый эффективный поход, что тут ещё сказать. Надо набираться сил и думать, как восстановить печать. Иначе отбоя от измененных монстров на моих землях не будет.

Зато Елизавета набрала полную корзину трав на обратной дороге. Хоть какая-то польза от похода.

По пути к поместью я еще заглянул в старую лечебницу. Проверил, как идут работы. И остался доволен.

Вернулись мы с Елизаветой только к вечеру. На крыльце сидел Архип и строгал что-то ножом из обрезка доски. При виде нас он вскочил.

— Всеволод Сергеевич! Поговорить бы, – протянул он.

Я переглянулся с Елизаветой. Она едва заметно кивнула и ушла в дом. Догадалась, о чём речь. Конечно, мы же в начале дня это обсуждали.

— Садись, – я опустился на ступеньку. Архип сел рядом. Помялся. Покрутил нож в руках.

— Тут такое дело, барин. Срок мой вышел. Отработал долг, стало быть.

— Стало быть, – подтвердил я.

— Ну и вот… – он уставился на свой обрезок. – Хотел узнать. Вы меня гоните или как?

— А ты хочешь уйти?

— Не-а, – сказал он. – Не хочу. Мне тут… Ну, как сказать. Привык, что ли. И работа есть. И кормят. И Степан борщ варит не хуже моей покойной матушки, царствие ей небесное.

— Только Степану этого не говори. Загордится, – усмехнулся я.