Подсунутая жена. Попаданка воспитает... - Анна Кривенко Страница 68

— Вообще-то я твоя жена, если ты забыл.

Илья запыхтел, видимо, одеваясь и немного злясь на сказанные мной очевидные вещи, но ничего не ответил. Однако, когда мы вывалились в коридор, он вдруг замер и посмотрел на меня сурово.

— А ты почему в таком виде?

— В каком? — удивилась я.

Он бегло окинул меня взглядом.

— В непристойном. Халат распахнулся, волосы не собраны.

Я оглядела на себя и удивилась. Да нет, всё на месте. Вырез обычный, не до пупка, а волосы... что с них?

— Иди к себе! — буркнул он. — Быстро приведи всё в порядок, а потом уже разгуливай по дому.

И вдруг я поняла.

Неужели я кажусь ему слишком соблазнительной в таком виде?

Лукавая улыбка расползлась по моему лицу…

Глава 28 Душевная боль…

Я переоделась быстрее, чем когда-либо в жизни. Волосы собрала в хвост, накинула тёмное платье попроще и даже не стала смотреться в зеркало — не до красоты сейчас. Главное, чтобы успеть.

Когда я добежала к лестнице, ведущей вниз, сердце билось как бешеное.

Внизу – у входа в подвал — уже воинствовал Илья. Выглядел мрачным и взъерошенным. Стоял у дубовой двери и безуспешно дёргал ручку.

— Матвей! — рявкнул он. — Немедленно открой эту чёртову дверь!

Изнутри раздалось глухое:

— Оставь меня в покое!

— Я сейчас выломаю её к чертям! — продолжил Илья яростно. — Думаешь, мне долго? Но если я до тебя доберусь, мало не покажется!

— Попробуй! — с вызовом прокричал подросток. — Всё равно ничего не поймёшь!

Илья выругался сквозь зубы и снова дёрнул ручку — дверь скрипнула, но осталась на месте. Я подошла ближе, глядя, как его плечи напряжены, кулаки сжаты.

И тут… меня накрыло.

Ощущение было странное. Будто холодный ветерок прошёлся по спине. Какой-то внутренний звоночек, тревожный и резкий, пронзил душу. Я не понимала, откуда он, но остро почувствовала: если сейчас продолжить давить на парня, он может… сломаться!

— Илья, — тихо сказала я, касаясь плеча мужа.

Тот вздрогнул, обернулся с явным раздражением, но, увидев выражение моего лица, замер. Угрюмый взгляд на мгновение метнулись к двери, потом снова ко мне.

— Что?

— Подожди, — шепнула я. — Если ты сейчас вломишься туда, он воспримет это как вторжение. Как акт войны. Он и так на пределе. Мы не знаем, в каком он состоянии. Что, если он что-то уже… натворил? Или собирается?

Илья побледнел.

— Думаешь, он…

— Думаю, не стоит рисковать. Давай лучше сыграем на его чувствах. Не на страхе — на доверии.

Илья скривился, но кивнул.

— У тебя есть план?

— Есть идея.

Я подошла ближе к двери, приложила ладонь к шершавой древесине и заговорила мягко, спокойно. Словно не было ни замков, ни угроз, ни злости.

— Матвей. Ты слышишь меня?

Молчание.

— Это я, Лидия. Я знаю, что тебе больно. Ты зол. Обижен. Чувствуешь, что тебя не понимают. Я тоже так себя чувствовала, когда попала в этот дом. Здесь всё чужое, непривычное, и люди не спешат раскрывать сердца. Но я здесь. И я хочу понять тебя. Правда. Просто открой дверь, пожалуйста…

Долгая пауза.

После довольно-таки долгого и напряженного ожидания послышался скрежет, а за ним щелчок. Дверь чуть приоткрылась.

Илья тут же шагнул вперёд, но я остановила его уверенным жестом.

— Позволь мне, — прошептала строго, и муж отступил.

Я осторожно толкнула дверь. Матвей стоял на верхних ступенях лестницы. Глаза воспалённые, волосы растрёпанные. На щеках немного недотертые следы слёз, но взгляд… упрямый. Детский и взрослый одновременно. В одной руке парень держал полупустую бутылку.