Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы - Диана Фурсова Страница 63

Нила побледнела от такой чести, но Майра похлопала её по руке.

— Объясни им медленно, девочка. У важных людей мысли в мехах путаются.

В зале снова прошёл смешок.

Селеста взяла с подноса маленькую лепёшку, осмотрела её так, будто та могла испачкать происхождение, и положила обратно.

— Вы очень уверены в любви простых людей.

— Нет, — сказала Вера. — Я уверена в горячей еде, чистых простынях и честных ключах. Любовь пусть сама решает.

Каэль опустил взгляд, и Вера почти почувствовала, что он сдерживает улыбку.

Приём начался неровно.

Северная знать держалась настороженно. Одни пришли посмотреть на скандал, другие — удостовериться, что Морвейн-Хольд больше не опасен, третьи — понять, куда теперь склонится Каэль. Столичные люди совета шептались у стены, делая вид, что ледяные фонари их не впечатляют. Селеста двигалась по залу как лезвие в шёлке: улыбалась детям, задавала вопросы мастерицам, вскользь замечала, что у дома «слишком свободный состав жильцов», и каждый раз смотрела, кто из гостей кивнёт.

Вера не преследовала её.

Она отвечала делом.

Когда один дворянин спросил, почему в доме столько посторонних, Вера подвела его к списку работ. Когда другой заметил, что отмеченные опасны, Тим молча открыл книгу комнаты красной нити на странице с детскими ладонями, а Мира показала ледяной фонарь, который не таял в её руке. Когда старшая северная дама с острым носом спросила, кто поручится за порядок среди «таких людей», Марфа поставила перед ней дощечку с расписанием и сказала:

— Кто опоздает на дрова, тот чистит котлы. Порядок крепче любого герба.

Дама прочла, хмыкнула и неожиданно сказала:

— Разумно.

К середине вечера зал стал шумным.

Не придворно-шумным, где смех звучит выше правды, а живым. Люди ели, рассматривали ремёсла, спорили у счетов, грели руки у камина, слушали старого учителя, который показывал детям буквы на гладких камнях. Ран продал две резные застёжки за обещание привезти весной крепкой древесины. Лисса договорилась с мастерицей из соседней деревни о шерсти. Нила нашла ошибку в расходной книге Балдора и так громко ахнула, что к столу подошли сразу трое дворян.

— Здесь записано, что в прошлом месяце дом купил двадцать зимних одеял, — сказала Нила, тыча пальцем в строку. — Но мы нашли только четыре, и те старые.

— Может, остальные в комнатах? — спросил один из дворян.

Марфа посмотрела на него как на неразумного ребёнка.

— Милорд, если бы в доме было двадцать новых одеял, я бы спала не под занавеской.

Варна сухо добавила:

— Поставщик указан как «Гарт и сыновья».

— Староста Гарт? — спросила Вера.

Нила кивнула.

По залу прошёл шёпот.

Селеста тут же оказалась рядом.

— Ошибка в книгах управляющего не относится к делу о вашем имени.

— Относится, — сказал Каэль.

Все обернулись.

Он стоял у стола счетов, держа одну из книг. Голос был спокоен, но в нём появился тот ледяной металл, от которого даже лорд Вестар перестал стучать жезлом.

— Если дом намеренно доводили до запустения, если средства исчезали через людей, связанных со старостой и управляющим, если отмеченных детей забирали без личных приказов главы рода, то дело о праве леди Элианы управлять Морвейн-Хольдом не может рассматриваться отдельно от дела о тех, кто пытался лишить дом жизни.

Селеста побледнела.