Семь снежных ночей - Цан Юэ Страница 62

Сюэ Цзые больше ничего не могла сделать…

Хо Чжаньбай, не вини меня. Иначе было никак.

* * *

В это же время, когда один человек во весь опор мчался на юг, другой спешил на запад.

Покинув Долину целителей, Тун с Мяо Хо разделились, чтобы избежать подозрений. Юноша помчался во дворец Великого Света, меняя лошадей одну за другой. Жемчужину из драконьей крови Тун сжимал в ладони. От вещицы, способной убивать богов и демонов, веяло холодом. Лисюэ дрожал и звенел в ножнах, словно тоже стремился в бой.

Порывы ветра обрушивались на Туна, как удары меча. Снег летел в лицо, очищая от слабости, затаившейся в сердце.

Юноша гнал лошадь на запад сквозь снегопад, оставляя за спиной Долину, в которой смогли на миг поколебать его равнодушие. Пока он смотрел на заснеженные поля вокруг, его сердце наполняла привычная чистая и холодная решимость. Воспоминание о ясных глазах, сияюще-белых с яркой чёрной радужкой, постепенно исчезало за снежной пеленой.

Через десять дней он въехал в пустоши у поселения Кизилбазар.

Через тринадцать – пересёк Улиастай.

На пятнадцатый день добрался до Западного Куньлуня.

Снег на горных вершинах ослепительно сверкал на солнце, и посреди этого холодного великолепия возвышался огромный дворец.

Конь юноши, весь в пене от усталости, упал, как только остановился. Тун успел спрыгнуть и ударом меча прекратить его страдания. Остановившись у подножия гор, юноша посмотрел вверх, на многочисленные крыши дворца. Он беззвучно вздохнул и крепче сжал кулак. Тёмно-красная жемчужина из драконьей крови превратилась в его руке в порошок. Тун осторожно нанёс его на клинок Лисюэ и аккуратно убрал меч в ножны. Затем юноша вынул две золотые иглы из-за пазухи и без колебаний снова вогнал их в нужные точки головы.

Широкими шагами Тун двинулся вверх по каменной лестнице. Два ученика, что охраняли ворота, узнали его с первого взгляда. Они подскочили и низко поклонились, охваченные благоговейным трепетом. Когда юноша прошёл мимо, они принялись перешёптываться:

— Видел? Это же Тун!

— Тот самый бог смерти из Горнила Демонов? Какая жалость: я даже лица его не разглядел как следует…

— Да иди ты! Будешь пялиться – умрёшь прежде, чем поймёшь, что тебя убивают! На него нельзя смотреть!

— Да-да-да, я тоже слышал! Вот только глянешь ему в глаза хоть на мгновение – он сразу заберёт твою душу! Скажет умереть – умрёшь, скажет жить – будешь жить!

— Но так ведь только демоны умеют?..

Подобные сплетни, полные благоговейного ужаса, сопровождали Туна каждый день.

Никто и никогда не осмеливался посмотреть ему в глаза, а большинство дерзнувших умерли. Насколько Тун помнил, так было всегда: люди отводили взгляд, но украдкой пялились на него, как на чудовище, и его это уже не удивляло.

Тун направился прямиком в западный зал, желая узнать у Мяо Шуй, что случилось за время его отсутствия, но там было пусто. Странно: где все? Разве не договаривались, что, едва Тун добудет жемчужину, они встретятся здесь и решат, как поступить дальше? Почему в самый важный момент тут никого нет?

— Мяо Шуй последние дни была вынуждена прислуживать владыке в главном зале, – почтительно доложили её люди, увидев, как Тун поспешно вошёл. – Она уже очень давно не возвращалась отдохнуть.

— Как обстоят дела с владыкой? – равнодушно спросил Тун.