Имперский вор. Том 3 - Дмитрий Ра Страница 123

Но ни разу не спросили о ней.

Одарённые Российской империи уважают родовые секреты. В том числе император. Правда, этот требует раскрыть их лично ему – но пока не нашёл времени встретиться со мной наедине… Да и князь Львов сильно занят, а потому с извинениями перенёс своё приглашение на обед на неопределённый срок.

— Покажешь плетение? – требует Палей.

— Я бы показал, но у тебя аспект дара не тот, – отвечаю Палею.

Он прищуривается:

— Так у тебя же дар иллюзий. Что, иллюзии бывают материальными?

Хороший вопрос.

И в нём удачно заключается ответ.

— Представь себе, бывают! Но это крайне сложно и требует уймы эфира. Причём именно тёмного.

Парни смотрят на меня с большим сомнением.

Но я ведь даже и не соврал. Почти. По крайней мере слово «тёмный» тут точно на месте.

— Тогда давайте заниматься учёбой, – заключает Львов.

⁂

В день приведения к военной присяге мы, понятно, не учимся.

В десять утра – построение всего училища на плацу. Первокурсники в первом ряду. На ветру развевается трёхцветный флаг Российской империи. Слева от плаца установлены ряды кресел, похожих на театральные, – для родственников.

Первокурсников всего две группы – около тридцати человек. Их родственников же раза в три больше. Родители, братья-сёстры, кузены и тётушки… Натуральный зрительный зал. Вижу среди них Елизавету Горчакову. Вижу главу Тайной канцелярии, видимо с женой. Нахожу взглядом свою мать с отчимом, Матвея Соболева и даже графиню Хатурову.

А ещё там сидит Таш, кузина Токсина.

Тайная канцелярия не стала арестовывать Наталью Бородину, владелицу аукционного дома «Лотос» и члена «Братства свободных». Я лично попросил об этом главу Тайной канцелярии. В террористических актах Таш не участвовала, преступлений за ней не числится… А вот что она будет делать теперь – стоит понаблюдать, и князь Львов принял этот аргумент. Как говорит он сам – мало ли что.

Разодеты все зрители как на бал. Кроме тех мужиков, которые в военной форме, а таких добрая половина.

Но присяга – не спектакль. Когда на плац выходит сам император, толпа родственников поднимается с кресел, и наступает тишина.

Среди преподавателей училища стоят Хатуров и Горчаков. А рядом с императором – князь Палей, министр обороны. Все в форме, конечно.

— Герой примет присягу у героя, – одними губами говорит Серж Палей, не поворачивая головы. Все мы стоим по стойке смирно.

Кошусь на него и пытаюсь сказать взглядом: «Заткнись уже!»

Начинаются речи.

Первым говорит император. Поздравляет, желает, надеется… Но кратко. За ним, ещё короче, к строю курсантов обращается министр обороны. Потом эстафету принимает новый директор Императорского военного училища – Алексей Романов, кузен императора. Вот этот говорит дольше: поминает задачи училища, называет имена тех, кто его прославил…

Наконец торжественные речи заканчиваются и начинается главное действие.

Первокурсники подходят к столу, покрытому красным бархатом, по одному. Берут в руки красную адресную папку с золотой надписью «Военная присяга». Зачитывают текст вслух.

— Я, Илья Петрович Арсеньев, гражданин Российской империи, клянусь своей честью и жизнью быть верным и неизменно преданным Российскому государству как своему Отечеству. Клянусь, что буду служить ему до последней капли крови, всемерно способствуя славе и процветанию…