Переезд - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 103

— Вы что же, пророк? — синие глаза вспыхнули… нет, уже не ненавистью… скорей, любопытством.

— Не пророк. Но поверьте, я знаю, о чем говорю, — Иван Павлович вытащил из кармана жилетки часы, не так давно подаренные лично товарищем Семашко, и довольно ухмыльнулся. — Как раз в это время должен начаться мятеж латышских стрелков в Кремле! Напрасно ждете. Он не начнется! Мало того, сейчас проходят аресты в английском посольстве! Да-да, завтра я принесу газеты, могу даже английские… Убедитесь сами. Локкарта и даже вашего наперсника Рейли мы будем вынуждены отпустить, а вот что касается вас, милая барышня… Да! Вы, верно, думаете, Мирбах убит? Так и здесь вас разочарую…

— Понятно. Блюмкин — предатель, — казалось, шпионка ничуть не удивилась… или умело скрывала свое удивление. — Что ж, человек слаб.

— Так вы понимает, Лора, что за вас сейчас никто не вступиться? Просто нет на это времени. А вот товарищ Блюмкин я думаю, попытается вас устранить. Слишком вы уж много знаете.

Доктор чуть помолчал и выкрикнул:

— Финансовая афера в Зареченске продумана Локкартом? Отвечайте быстро! Ну?

— Рейли, — спокойно отозвалась задержанная. — Ну, вы и вспомнили.

Надо сказать, держалась она — на зависть. И мало что скрывала… А зачем?

— Озолс брал взятки?

— Да. Мы привезли ему фунты.

— Зачем ограбили Бурдакова?

— Кого? Ах, этого… Хотели потом прикормить. На будущее.

— Кто приказал устранить Печатника?

— Локкарт!

А взгляд-то вильнул! Скорее всего — инициатива сугубо личная.

— Деньги от аферы шли на подкуп латышских стрелков? Кто из командиров в доле?

— Не знаю, — девчонка безмятежно уставилась в потолок. — Нет, правда, не знаю. Этим занимался Рейли. Я вообще не понимала всех этих финансовых дел.

— Унтер с фабрики… Его — на всякий случай?

— Не понимаю, о ком идет речь.

— Есть еще взрывники? Скажете — получите папиросы.

— А вы вымогатель, доктор!

— Так и вам нет никакого смысла молчать!

Задержанная ненадолго задумалась:

— Несите папиросы.

Она назвала двух человек. Прикормленных, но еще не посвященных в дело. После чего с наслаждением закурила.

— Между прочим, вредная привычка, — вскользь заметил доктор. — Будете потом кашлять.

— Тогда обращусь к вам, — выпустив дым, Лора светски улыбнулась.

Вот так посмотришь — милая совсем девчонка! Если не знать… Ну, свой червонец она получит. От звонка до звонка. Слишком много крови на этих тонких руках.

— Доктор, а могу я здесь заняться гимнастикой? — неожиданно спросила шпионка. — Привыкла, знаете ли.

— В цирке привыкли? Или в кабаре «Одеон»?

— Вы и это знаете? — девушка задумчиво канула головой. — Читала я когда-то о Каллиостро… Да и Распутин, говорят, предсказывать мог.

— Григорий Ефимыч не предсказывал — он знал! Помню нашу с ним встречу…

— Господи… Кто же вы все-таки такой?

Иван Павлович улыбнулся:

— Много будете знать — скоро состаритесь!

— Хм… Так как насчет гимнастики?

— Да кто же вам запретит?

Лора приступила к упражнениям сразу после допросов. Сняв блузку, осталось в шароварах и шелковом кружевном лифе. Ловкая, тоненькая и гибкая. Как «Девочка на шаре» Пикассо.

Охранники прилипли к окну, щелкая языками.

— Смори, смотри, как выгнулась! Хороша чертовка!

— Бесстыдница! И тощая, как драная кошка.

— Такие как раз и в моде сейчас.

* * *