Ветер и Правда. Том 1 - Брендон Сандерсон Страница 277

Таравангиан встал рядом с ней и божественным касанием впитал содержимое лежащих на столе стопок бумаг, не дотронувшись до них.

— Я, конечно, планировал, что ты будешь править из теней, подруга, – произнес он, проявившись физически у нее за спиной. – Но мне бы все же хотелось, чтобы ты время от времени предоставляла моей дочери право голоса. Ей нужно учиться быть королевой.

Дова замерла. Она резко крутанула кресло, и он насладился выражением крайнего потрясения на ее лице, хотя это и было не особенно логично.

— Проклятье! – сказала она. – Так это ты новый Вражда.

Он развел руки в стороны ладонями вперед:

— Не желаешь ли мне поклоняться?

— Я желаю, чтобы мне платили, старая ты крыса, – ответила она, откинувшись в кресле лицом к нему и положив лодыжку одной ноги на колено другой. – Если б я знала, сколько будет мороки с тем, чтобы не дать твоему королевству развалиться, я бы запросила в разы больше.

— Дова, ты бессмертна и уже фантастически богата. Зачем тебе деньги?

— Ты представляешь силу сложных процентов? – спросила она. – Система напрочь ломается, когда ты можешь выждать сотню лет.

Таравангиан улыбнулся. По понятным причинам Дова являлась самым интересным членом Диаграммы. С чего Вестнице Всемогущего быть такой… прожженной наемницей? Правильный ответ не был до конца доступен его пониманию при жизни. Каждый из Вестников пребывал в сумрачном состоянии рассудка и души, и в ее случае это выражалось таким образом. Многоопытная советница, которая тысячи лет славилась своей мудростью, стала продажной.

Честно говоря, у Таравангиана не было уверенности, что он мог хоть когда-то назвать ее другом. Дова никому и ничему не хранила верность. Тем не менее она обладала истинным гением – для смертной. И ее можно было весьма надежно подкупить. Пока ты знаешь, что можешь предложить больше всех, она останется верна. Насколько ценно будет заполучить себе на службу Вестницу, особенно если она вернется и присоединится к ним? Его предшественник никогда такого не пробовал.

— Я нуждаюсь в твоих талантах, – сказал Таравангиан. – Прежде всего в искусстве обращения с кристаллическими штырями, которым ты занялась. Как я понял, ты способна вернуть слепому зрение?

— В некотором смысле и за большую цену. По-настоящему такой человек никогда не сможет видеть снова.

— Но сможет чувствовать инвеституру?

— Да. – Она прокрутила перо в пальцах. – Бог ни в чем не нуждается, и ты мог бы разобраться в моих кристаллических штырях самостоятельно. Ты просто хочешь заманить меня в свою новую организацию?

— Зачем мне воссоздавать то, с чем ты так хорошо освоилась? Дело не только в желании применить тебя с пользой, Дова. Дело в том, что, когда мне подворачивается ценный инструмент, я признаю его таковым.

— Ну, полагаю, формально ты теперь являешься воплощением всего того, ради борьбы с чем меня создали. Пусть даже Клятвенный договор разрушен, а Ишар занят демоны знают чем, я все же Вестница Чести. Работать на Вражду… – Она поцокала языком. – Насколько неподобающе это было бы?

Таравангиан улыбнулся.

Дова улыбнулась в ответ и спросила:

— Оплата будет превосходной?

— И даже лучше. – Он выдержал эффектную паузу. – Вероятно, рано или поздно я смогу раздобыть тебе планету. Хотя бы маленькую. Постараюсь найти способ вытащить тебя с Рошара, чтобы ее посетить.