Ведьмы. Ру - Екатерина Насута Страница 132

Матушка говорила очень спокойно, равнодушно даже.

— И почему? А потому что Улечка вдруг очнулась и потянула одеяло на себя, — она позволила себе смешок. — Пустое семя дало вдруг плоды. Бывает… только вот ты, дорогая моя, с силой или нет, так и осталась ничтожеством.

Ложь.

Ульяна вовсе не ничтожество.

— Силу надо не только получить. Главное — её удержать. И этому учат с пеленок. А знаешь, что случается с ведьмой, которая оказывается не способна подчинить свою силу?

Не отвечать.

И не спрашивать. Впрочем, маме вопросы и не нужны:

— Она сходит с ума, Ульянушка. А поскольку безумная ведьма способна натворить много бед, то при первых признаках его дар изымают. Даже согласие для того не надо. И да, поверь, моей матушке уже приходилось проводить обряд. А сила, чтоб ты знала, не пропадает. Ведьмы в целом весьма хозяйственные существа. Поэтому силу отобранную отдают кому-то, кто знает, как с ней обращаться. И вот кто-то становится сильнее, а кто-то…

Матушка всегда умела делать правильные паузы.

— Кто-то умирает.

Это ложь.

Или нет?

У лжи другой вкус. И цвет тоже другой.

— Сила — это часть души. А обряд выдирает её так, что и от души ничего, считай, не остаётся.

— Ты…

Рука онемела. И губы сухие. А там, внутри, гневным комом колобродит, ворочается, сила.

— Я не лгу, Улечка. Зачем оно мне? Понимаю, что родственнички мои произвели впечатление. Такие очаровательные. Такие понимающие. Готовые окружить любовью и заботой, только это всё иллюзия. Я тоже долго в ней жила. Верила, что мы семья, что всё-то друг для друга сделаем. А оказалось, что это всё — сказка для глупеньких доверчивых девочек. Не повторяй моих ошибок. Не верь им.

— А кому? Тебе?

— Почему бы и нет.

— Скажи ещё, что всегда говорила мне правду.

— Нет. Но все люди лгут. И я делала так, как считала нужным. Но это тебе не особо вредило.

— Даже коллекторы?

— Сама виновата, — матушка фыркнула. — Долги нужно отдавать.

— Это твой долг!

— Считай, что это была плата за полученный опыт.

— Ты моего отца приворожила…

— И это рассказали? — лёгкое удивление, но ни тени раскаяния. — Мне пришлось. У меня был лишь один шанс вырваться. И я им воспользовалась. Впрочем, о таких делах по телефону не говорят. Встретимся? Завтра? Не бойся, можешь взять с собой, кого пожелаешь. Или сразу всех. Похищать тебя не собираюсь. Вредить тоже. Только беседа… расскажу кое-что о любящих родственниках. Может, тогда ты думать начнёшь. Впрочем, вряд ли. Для этого мозги нужны.

Сила рвалась, требуя сделать что-то… что-то такое, что доказало бы… что?

Ульяна и сама не знала.

А потому сделала вдох. Это она хозяйка над силой, а значит, будет пользоваться ею, когда сочтёт нужным. Но вот нынешнее состояние стоило запомнить.

— Завтра. В полдень. В кафе «Магнолия».

И матушка отключилась.

Вот ведь.

— Много гадостей наговорила? — поинтересовался дядя Женя.

Ульяна кивнула. Сила внутри не исчезала. С другой стороны и сдерживать её получалось. Кажется.

— И чего хотела?

— Встретиться. Завтра. Сказала, что могу прийти не одна, что хоть всех могу взять.

— Ясно. Пойдёшь?

— Не знаю. А… надо?

Она поймала в зеркале взгляд: внимательный и совершенно трезвый.

— Тебе решать, племяшка. Только тебе и решать. Запомни. Кто бы чего там ни говорил, решать лишь тебе.