В ожидании Большой волны - Саша Южный Страница 87

Какое-то время, пока ещё фары пятившегося такси прыгали по борту баржи, они молча смотрели на неё, словно пытаясь запомнить образ судна.

— Хорошая была мечта, – произнёс Буш и шагнул к трапу.

— Красивая! – дополнил Луи и шагнул следом.

Они расположились на корме второй палубы. Было ещё не очень поздно. С берега мирно мерцали огни предместий, а воздух пока не остыл. Буш достал из пакета бутылку венесуэльского рома, снял пробку и разлил его по стаканам. Тост никто из них не предложил и потому пили молча. Людям, утратившим мечту, ни к чему громкие слова. Глупо выглядит. Можно было, конечно, прочесть молитву. Но их они не знали.

Ночь стояла на редкость тихая. Мимо в сторону океана проплыла самоходная баржа. «Прекрасная река» колыхнулась на поднятой ей волне. И ром тоже слегка колыхнулся в стаканах. Луи и Буш молча посмотрели друг на друга. Говорить было не о чем. Всё предельно ясно. Сегодня они уплывут.

Буш потянулся к стакану, и в это время на берегу засверкали фары и показалась машина.

— Кого там чёрт несёт? – произнёс Буш и встал.

— Это из Карнеги-холл, спешат с договорами, – мрачно пошутил Луи.

— Это черти с трубами. Спешат на наши похороны, – представил свою версию Буш.

Никто не угадал. Машина встала у борта «Прекрасной реки недалеко от трапа, и из неё вышла Наташа.

— Держись, парень! – произнёс Буш. – Сейчас будет нелегко.

— Не беспокойся за меня. Я в норме.

— А что у тебя с голосом?

— А что такое?

— Звучит как-то неестественно.

— Да всё нормально, – заверил его Луи.

— Мне показалось, он дрогнул.

— Ерунда! – возразил Луи, и в это время раздался голос Наташи:

— Эй, на корме!

— Езжайте, мисс, у нас срочное дело, – отозвался Буш и обратился к Луи: – Может, выслушаем? Она тебе нравится.

— Теперь это не имеет никакого значения. Давай поскорей покончим с этим делом, которое пока ещё можем сделать.

Буш задумчиво покосился на Луи.

— Хорошо. Для начала скинь швартовы, а я запущу двигатель. И знаешь что, подойди к ней, перекинься парой слов, чтобы потом нас не вспоминали как невежливых типов. Как-никак это последний человек, которого мы видим в жизни.

— Хорошо! – Луи направился к трапу, а Буш полез в машинное отделение. Вскоре там заработал дизель, и баржа сдвинулась чуть вперёд, давая слабину швартовым концам. Луи быстро снял оба, носовой и кормовой, и заколебался – стоит ли последовать совету Буша или вернуться на баржу и поднять трап? Ведь всё уже решено. К чему эти реверансы?

Луи всё-таки подошёл к машине и сдержано произнёс:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, – улыбнулась Наташа. – Похоже, я не ко времени.

— Да, слегка поздновато.

— Или рановато, – снова улыбнулась Наташа. Её улыбка обезоруживала. Но Луи был тем мотыльком, который уже обжёг крылышки, и потому ответил на реплику девушки так же сдержанно:

— Извините нас, мы не можем вас принять, предложить кофе. Срочное дело.

— Да, я понимаю. Извините. Просто проезжала мимо и решила, вдруг услышу трубу, и свернула с дороги. Это было глупо.

Наташа посмотрела за спину Луи.

— Кажется, ваши срочные дела собираются делать без вас.

Луи обернулся и увидел, что баржа отошла от причальной стенки. Расстояние уже больше двух метров. С баржи на причал шлепнулась труба в футляре. Луи сорвался с места, но расстояние между причалом и баржой было уже изрядным.