Пятнадцать лет молчания - Сергей Иванович Зверев Страница 3

Он потянулся, пальцы в перчатке с трудом нашли сенсор. Сообщение было коротким. Всего одна строка, пришедшая с опозданием на пятнадцать минут.

«КООРДИНАТЫ УТОЧНЕНЫ. ЦЕЛЬ: ПОИСК И ОБЕЗВРЕЖИВАНИЕ УСЛОВНОГО ПРОТИВНИКА В КВАДРАТЕ 74-Б-9. ДАЛЬНЕЙШИЕ УКАЗАНИЯ ПОСТУПЯТ ПО ЗАЩИЩЕННОМУ КАНАЛУ „Глобус-М“. ВЫПОЛНЯЙТЕ ПРОТОКОЛ. ПОДТВЕРДИТЕ ПРИЕМ».

Квадрат 74-Б-9. Тот самый квадрат, в котором они сейчас и находились. Квадрат, в который били их же минометы.

«Протокол». Это слово отпечаталось в его сознании раскаленным железом. Они погибли из-за протокола. Из-за слепого, бездушного следования инструкции, отданной кем-то, кто сидел в тепле и даже не знал, что творится на «земле». Они были не солдатами, не людьми. Они были переменными в чьем-то уравнении. Расходным материалом.

Он посмотрел на разбитый планшет. На мертвый экран. А потом его взгляд упал на рацию. Лежала рядом, целая. И в его голове, затуманенной болью и шоком, начала складываться картина. Слишком чистая, чтобы быть случайностью. Сбой навигации «ГЛОНАСС-К». Глушение эфира «Красуха-4М». Точечный, точнейший минометный огонь 2Б11. Их вывели на точку. Подставили. И убрали. Как брак в производстве.

Кто-то в «Центре» отдал приказ. Кто-то, для кого они были лишь цифрами в отчете. Для кого правда о провале «Снежного щита» была опаснее, чем семь трупов в арктической пустыне.

Дмитрий Захаров медленно, с нечеловеческим усилием, поднялся на колени. Его тело протестовало, рана в ноге горела огнем, но внутри него что-то замкнулось. Перегорело. Остался только холод. Холод, который был куда страшнее арктического.

Он снял с пояса личный жетон — не свой, а сержанта Морозова, который лежал в двух метрах от него, вернее, то, что от него осталось. Кусок металла с выбитым номером и именем. Он сжал его в кулаке так, что металл впился в ладонь даже через перчатку «Арктик-Про».

— Я найду их. — Его голос был тихим, но в нем не было ни капли сомнения. Он говорил не с мертвыми. Он давал клятву самому себе. Вселенной. — Я найду тех, кто это сделал. И я заставлю их ответить. Перед вами. Перед всеми.

Он посмотрел на север, туда, где должен был быть полюс. Туда, где, как он знал, уже тестировали прототипы новых систем связи. Систем, которые он сам, Захаров, помогал разрабатывать в свободное от службы время. Системы, способные передавать информацию, которую невозможно перехватить или заглушить.

Один проект особенно выделялся. «Шифр-узел-9». ШУ-9. Детище его собственного ума. Квантовая связь на кубитах, абсолютно защищенная, скорость 10 гигабит в секунду через спутники «Гонец-М1». Тот, кто владел ШУ-9, владел правдой. Настоящей, неискаженной правдой.

Именно тогда, в ледяном аду Новой Земли, в мозгу Дмитрия Захарова и родился план. Не план мести — месть слишком примитивна. План возмездия. План обнародования. Он вернется. Он найдет ШУ-9. И он использует его, чтобы крикнуть на весь мир ту правду, которую «Центр» так тщательно скрывал. Он превратит орудие системы в орудие ее уничтожения.

Он стал выкапывать в снегу яму. Неглубокую. До льда. Туда он сложил все, что осталось от его людей. Жетоны. Клочки формы. Обрывки снаряжения. Он не плакал — слезы бы замерзли на его глазах. Он просто работал, методично, как автомат.

Когда импровизированная могила была готова, он встал над ней.