Шёпот берёз - Елизавета Дворецкая,Ирина Невская,Александр Егоров,Мария Роше,Оксана Заугольная,Дарина Стрельченко,Наталья Русинова,Диана Чайковская,Рина Солнцева,Натали Исупова,Саша Нефертити,Ольга Рейнардин,Анна Танатос,Лариса Тихонова,Родион Вишняков Страница 93

— Простите меня, – хрипло шепнула она.

— За что, Сашенька? – удивилась тётя Марина.

«За то, что не сумела спасти вас. За то, что у меня нет больше сил и через две минуты пятьдесят шесть секунд созданный мной временной пузырь схлопнется. За то, что вы не поедете в отпуск, не увидите море и никогда не вернётесь к своим сыновьям…»

— Это я разбила ваш смартфон, – пробормотала Сашка.

И, отстранившись, молча повернулась и залезла в такси.

Цифры в таймере прыгали. Через тридцать секунд мама была рядом. Что-то сказала водителю. Машина тронулась.

— Санечка, как ты?

«Я скоро приеду, зайцы!.. Слушайтесь папу и бабушку!»

— Всё хорошо, мам.

Две минуты.

В ушах нарастал белый шум.

Сашка с трудом подняла руку и расстегнула ветровку. Резь в животе стала невыносимой.

«Господи Иисусе Христе… помилуй мя грешную…»

— Сань, потерпи, скоро будем дома.

Полторы.

Свет перед глазами померк.

«Дай мне больше времени, Господи… она же такая маленькая!»

Сашка моргнула – и как наяву увидела бледное лицо умирающей бабушки: прилипшие ко лбу влажные седые пряди, заострившиеся скулы и чёрный провал её рта, выталкивающий последнюю просьбу:

«Откройте…»

— Откройте окно! – кричала над ухом мама. – Моей дочери плохо!

— Всё хорошо… мам…

Минута…

«Я больше не могу-у-у!» – мысленно взвыла Сашка, но темнота голосом бабушки Зои твёрдо ответила: «Можешь».

Тридцать секунд.

— Быстрее, пожалуйста! Санька… Санечка!

— Всё… хорошо… ммм…

Десять.

Пять.

«Мама!!!»

Сашка потеряла сознание.

…Когда она открыла глаза, они всё ещё ехали в такси. Её голова лежала на коленях у мамы, щека упиралась в затвердевший живот.

— Мам, – просипела Сашка. – Ты не волнуйся… мне уже лучше.

И в подтверждение своих слов ухватилась за спинку кресла водителя, села и пригладила растрёпанные волосы.

Она справилась.

На смену неимоверному напряжению пришли слабость и опустошённость.

Мама прижимала её к себе, целовала в висок. Сашка отрешённо смотрела за окно, на пролетающий мимо город.

Она знала, что в эти мгновения тётя Оля, неожиданно потерявшая на перроне подругу, оставит вещи возле вагона и бросится искать Марину по всему вокзалу.

И найдёт…

И будет, сжимая в дрожащих руках телефон, пытаться найти мамин номер, чтобы сообщить ужасную, жуткую новость, потому что не верить чужим обещаниям может лишь тот, кто не выполняет своих. Но не обнаружит его – ни в телефонной книжке, ни в списке недавних звонков.

Сашка медленно выдохнула.

Ей предстоит ещё многому, очень многому научиться. И понять, что её дар – не проклятие, не наказание и не обуза. Ведь даже сейчас, не сумев спасти одного человека, она всё же спасла другого. Точнее, двоих.

— Мам, – шепнула Сашка, придвигаясь ближе и переплетая свои пальцы с мамиными.

— Что, Санечка? Что, моя девочка?

— Я тебя очень люблю…

Диана Чайковская

Русалий Великдень

небо любится с землёю,

травы стелются змеёю,

вьются вихрями на солнце,

а оно в ответ смеётся.

ночь Огня ступает тихо,

заговором гонит лихо,

в косы ленточки вплетает,

колдовскую кличет стаю,

мол, чаруйте над свечами,

дом родимый защищая,

и лучи ловите любо,

пока лес не бьётся клювом

и не скалится по-волчьи,

возвращая всех в дом отчий.

Свет и Тьма ткут вместе нити,

создают о судьбах книги,

исчезая с дымным ветром

на хмельном да на рассвете.

Диана Чайковская