Зов лисы - Валерий Горшков Страница 54

Смысл в его словах отыскать было почти так же трудно, как в посланиях «Радиостанции Судного дня». Агата остановилась и решила немного послушать.

— Текучка у них там, что ли? — спрашивал он сам у себя. — Новых-то заберут, а старых… Разве отпустят?

Он почесал шелестящую на подбородке щетину с таким видом, будто вслушивался в чей-то немой ответ.

— Да хрен там отпустят, — наконец сам себе ответил он. — Контракт бессрочный…

Доска под напряжённой ногой Агаты скрипнула, и Матвей повернулся. Но не так, как сделал бы обычный человек, через плечо, а запрокинув голову назад, устремив к хмурому небу морщинистый подбородок.

— Тенеход-силостяг, — буркнул он. — Шла бы ты обратно, откуда явилась.

Голос его угрожающе не звучал, в нём даже ощущалось какое-то сочувствие.

Агата оценила Матвея — сухонький старик с подрагивающими коленями и тремором в руках. В случае опасности она бы легко смогла наподдать ему пендаля — полетел бы в озеро вместе со своими стулом и удочкой. При этом из головы не шли его точные и резкие движения, которые она наблюдала из автобуса по пути в Ведлозеро, когда он преследовал какого-то грибника в лесу.

— У вас, что ли, разрешение на въезд брать нужно было? — пошутила Агата.

— Брать нужно было на выезд, да никто бы не дал, — ответил он. — А всё одно — уехала.

Говорил он с ней не громче, чем бредил сам с собой, — почти шёпотом. Разницы между его бессвязной чушью и осмысленными ответами оказалось не много. Потеряв интерес к выжившему из ума деду, Агата решила довершить задуманное и прошла мимо.

Шум ветра и плеск волн возникли внезапно, едва она ступила на последнюю доску пирса. Но стоило сделать шаг назад, и Тунельма снова брала молчание. Агата несколько раз шагнула туда-сюда, пытаясь понять, почему происходило это звуковое искажение.

— Не мельтеши, Тенепутка! — шикнул Матвей.

— А вы слышите это? — спросила Агата.

— Волны? — оживившись, уточнил дед.

— Да, воду.

— А, воду нет, — отмахнулся он, снова перейдя на шёпот. — Но рыба нас точно слышит.

— Почему озеро не слышно здесь, — спросила Агата, шагая к краю. — Но слышно тут?

— Чёрт знает, — повёл плечом недовольный старик. — Ветер так дует. Он тут всегда так дует.

Приложив палец к губам в призыве к молчанию, он отвернулся к воде. Агата поглядела на удочку в его руках. Потасканный, но выглядевший крепко спиннинг пронзал рыжим концом туман. Леска терялась в дымке, а поплавка за ней вообще было не разобрать. Старик при этом выглядел таким сосредоточенным, будто на самом деле его видел.

— Много поймали? — спросила Агата.

— Тут не водится рыба, — буркнул Матвей, не ослабляя концентрации. — Безрыбобрег.

Всем своим видом старик показал, что на диалог не настроен. Постояв ещё немного рядом, Агата внимательно изучила его, пытаясь понять: точно ли он шёл в лесу за тем незнакомцем?

На ногах у него были современные туристические ботинки и брюки с множеством карманов. Из-под более-менее сносной штормовки торчала часть сложенного воротника старого советского армейского кителя. На петлице чёрного цвета блестел металлический значок в виде крылатой радиомачты со звездой, которую пронзали молнии.

По пути обратно к берегу Агата достала телефон. Дисплей глючил, некорректно отзываясь на нажатия, но, вопреки этому, найти изображение значка в интернете удалось быстро. Это оказалась эмблема войск связи.