Тьма по соседству - Марьяна Куприянова Страница 133

С Фаиной часто бывало подобное, и точность описания впечатлила ее настолько, что она ничего не ответила. Но Браль правильно поняла ее молчание. Возможно, у пациентки был красноречивый вид.

— Это своего рода плацебо. Людям легче жить с болезнью, о которой им известно больше, чем основные симптомы. Информация приносит осознание. В тяжелых случаях – смирение. Помогает избежать усугубления. Такова психология людей, зачастую не поддающаяся законам логики и здравого смысла.

— Я об этом не задумывалась, – хмуро призналась Фаина. – Хотя имею склонность задумываться о многих вещах. Что и мешает мне высыпаться.

— Фаина, я задам вам один простой вопрос и хочу, чтобы вы ответили на него быстро и честно. Первое, что появится в голове. Идет?

Девушка кивнула, подумав: «Ну, вот и начались проверки». Она ожидала услышать что угодно, но не это:

— Кто вы?

Последовала краткая пауза.

— Человек. Я просто… человек, – ответила Фаина.

Инесса Дмитриевна едва заметно улыбнулась и откинулась на спинку стула, скрещивая руки на груди. У нее было такое выражение лица, словно она хотела что-то сказать, но в последний миг передумала.

— Я не прошла тест?

— Это ведь не урок математики в начальной школе, Фаина. Психологические тесты невозможно не пройти, здесь любой результат – это показатель, как и отсутствие результата. Пример у всех одинаковый, решения – разные, но все они верные. Как и люди. Знаете, вы – первая, кто за последние пару лет ответил мне так просто и легко и вместе с тем так правдиво, близко к истинной сути вещей.

— А что отвечают другие?

— Обычно они либо впадают в ступор, не понимая смысла; либо переспрашивают, сомневаясь, верно ли все поняли; либо называют мне свое имя, социальный статус, должность на работе… Понимаете, к чему я веду?

— Кажется, да. Но, возможно, и нет.

— Мне нравится ваша честность.

— Это не честность, а паранойя и недоверие ко всему, что окружает. Включая собственные выводы и понимание происходящего. Любая, казалось бы, устойчивая вещь или суждение кажутся мне шаткими и ненадежными. Двойственными. Я ни в чем не могу быть уверена, потому что все относительно и нестабильно. Мне сложно принять решение, сложно сказать что-либо точно. С этим тяжело жить.

— А вы задумывались о том, что, высказываясь о своей неопределенности по отношению ко всему, делаете это вполне четко и точно – следовательно, вы в этом уверены.

Фаина замерла на пару мгновений, осмысляя услышанное.

— Иными словами, – продолжала атаку Браль, – вы сейчас вполне уверенно заявляете мне, что ни в чем в этом мире не можете быть уверены. Правильно я вас понимаю?

Тут до Фаины дошло.

— Но это ведь парадокс.

— Сознание человека кишит парадоксами. Но разве не становится чуточку легче, когда откапываешь в себе противоречие, словно ржавую деталь глубоко в земле? Не сокровище, но почему-то гордишься тем, что нашел ее именно ты. Быть противоречивым – нормально. Быть ненормальным – нормально. Позвольте себе быть какой угодно. Это так расслабляет. В этом и есть свобода, как считаете?

Фаина ощутила себя в руках первоклассного профессионала. А еще ей вспомнилось, как в глубоком детстве во время игры в «бартер» такие найденные в земле и с большим трудом выкопанные куски ржавых железяк ценились особенно – их можно было выменять сразу на несколько вещей.