Принцесса Ардена - Софи Анри Страница 112

— К слову, янтарь тоже имеет для северян сакральное значение, – заговорил он, чтобы поскорее вернуть разговор в прежнее непринужденное русло. – Девушки дарят венки, а юноши в знак своих чувств плетут для своих избранниц украшения из янтаря. А если мужчина носит янтарное украшение сам, значит, его сердце свободно.

— Угу, – задумчиво протянула Роксана, с особым усердием вплетая одуванчики в венок.

Больше они не говорили о традициях северян. Роксана сплела два красивых венка – для Изану и для себя. Потом они вернулись в замок, даже не подозревая, что это была их последняя прогулка наедине.

Матушка объяснила Изану, что принцесса уже в том возрасте, когда нахождение с мужчиной без свидетелей может бросить тень на ее репутацию. И такую же беседу с Роксаной провела королева. С тех пор, если Изану и сопровождал принцессу на утреннюю прогулку, то только в компании ее братьев или фрейлин.

* * *

Магия опутала его прочными нитями. Она заволокла глаза непроглядной мглой, клубилась вокруг беспокойной дымкой и стелилась под ногами, словно указывая путь. Голоса в голове из неразборчивого гула превратились в стройный хор, напевающий песню, смысл которой у любого здравомыслящего человека вызвал бы холодок по коже. Но Изану сейчас вряд ли можно назвать таковым. Он медленно сходил с ума и погибал в агонии. Боль обжигала грудь, требуя выхода. Он больше не сопротивлялся магической силе, полностью подчинился ей, и теперь она ластилась к нему, как ненасытная любовница, облегчая душевную муку и нашептывая заманчивые идеи.

Изану и сам не понял, как добрался до нужной двери в гостевом крыле замка и без стука вошел. Первое, что он увидел, – это оголенная спина девушки, сидящей верхом на хозяине покоев. Услышав посторонние шаги, она обернулась и, испуганно вскрикнув, начала быстро натягивать на голую грудь приспущенное платье. Голоса в голове зашептались, давая советы, как спровадить чужую любовницу, и ему хватило одного лишь пристального взгляда в ее зеленые глаза, чтобы она удивленно вытаращилась на него, а потом покорно слезла с кровати и покинула комнату.

Приятный жар прошелся по его телу, насыщая каждую клеточку упоительной силой, и Изану вздохнул полной грудью. Не осталось больше ни боли в груди, ни гула в ушах, ни изматывающей слабости. Голоса в голове уже не мешали, они поддерживали его, не позволяя сломаться, и обещали помочь вернуть ту, в ком он так отчаянно нуждался.

— Понимаю, ты теперь хагил, но это не дает тебе никакого права врываться в мои покои без стука, – произнес Асвад в привычной нахальной манере. Он с ленивой грацией поднялся с постели и направился к столику у окна, на котором стояла чаша вина, бокалы и поднос с фруктами. – Что нужно?

Изану с любопытством изучал татуировку змеи у него на спине. Ее пасть была широко раскрыта, а раздвоенный язык достигал линии роста волос на затылке. Туловище тянулось вдоль позвоночника, свернувшись кольцами в середине, а хвост скрывался под поясом шелковых шаровар. Изану вдруг вспомнил, как сын одного вельможи в Дахабе предлагал ему набить татуировку, говорил, что ему подошел бы не тигр, который символизировал род Наари, а дракон.

Дракон был больше змеи, а еще сильнее и опаснее. Дракон мог спалить ее дотла одним дыханием.