Нас предупреждали - Челси Ичасо Страница 96

— И Генри, – добавляю я.

— Вы в службу спасения звонили? – спрашивает мама.

— У нас ни у кого нет телефона, – признаюсь я. – Мой разбился, когда тот урод на меня напал.

Мама быстро достает свой телефон и отходит в сторону, чтобы позвонить.

— Палец сломан, – говорит Сесилия своему сыну. Она ненадолго исчезает в глубине коридора и возвращается с эластичным бинтом, тут же надежно приматывая им руку Калеба к его телу. – Идея со льдом была хорошая. Тебе нужна скорая? – Лишь когда она встает прямо передо мной, до меня доходит, что она обращается ко мне. – Иден, – продолжает она, наклоняясь, чтобы осмотреть порез на моей шее, – возможно, тебе потребуется наложить шов. Твоей маме вызвать скорую?

Я моргаю.

— А. Нет, думаю… ну… мама может меня отвезти.

— Меня сюда подвезли, – шепчет мама, не отнимая от уха телефон.

— Тогда поедем на моей машине, – не терпящим возражений тоном говорит Сесилия.

Мама просит полицейских подъехать в больницу, и мы вчетвером направляемся на парковку.

— Как вы нас нашли? – спрашиваю у мамы, которая поддерживает меня под руку, хотя знает, что я в состоянии идти сама.

— Когда ты так и не появилась у меня в ларьке, я поспрашивала у людей, не видел ли кто-то тебя, и Эми Парк сказала, что заметила, как вы с Калебом вошли в школу. Я позвонила Сесилии, чтобы узнать, в курсе ли она, что происходит. Но она, похоже, весь день безуспешно пыталась дозвониться Калебу.

Мне трудно представить мою маму звонящей Сесилии, даже от отчаяния. Изначально мама не входила в узкий круг друзей из «Фэйрпорт Хай», но, когда она переехала сюда и стала встречаться с моим отцом, ее приняли в компанию в качестве почетного члена. В большинстве моих детских воспоминаний о маме присутствует Сесилия – Сиси, как ее называли в компании. Они с мамой были лучшими подругами, пока все не закрутилось.

— Потому что этот урод стащил телефон Калеба. – Я замедляю шаги, чтобы мы немного отстали от Калеба и его мамы. – С каких это пор ты разговариваешь с Сесилией Дурхэм? – шепчу я.

Она скашивает на меня глаза.

— С тех пор, как ты решила запасть на ее сына.

— Запасть? Ничего подобного.

— Так это не твоя кровь у него на толстовке? – спрашивает мама строго, но под серьезным выражением лица угадывается усмешка.

— Лучше бы Мэй была сейчас здесь, – говорю я, дуясь, как пятилетка. – Мне нужен настоящий друг, который не обвиняет меня черт знает в чем и не пытается провести экспертизу пятен крови, чтобы выяснить, моя она или нет.

Она обнимает меня одной рукой и целует мои спутанные волосы.

— Я поговорю с Сесилией.

Когда она догоняет Сесилию, мы с Калебом оказываемся рядом.

— Что скажем полиции? – шепчет он, неожиданно отставая от меня, и я начинаю думать, что ему тяжело быстро идти. Но тут он возникает с противоположной стороны от меня и берет меня за руку здоровой рукой. Я чувствую в животе приятную щекотку.

— Давай придерживаться правды, – отвечаю я. – Они могут найти твой телефон, и тогда нам придется объяснять всю нашу переписку.

Мы доходим до асфальтированной площадки, на которой располагался рынок. Сейчас здесь царит абсолютная пустота.

— А как же убийства? Мы расскажем им, что видели этого человека в ту ночь, когда умер Генри? И что он нас преследовал, и это все связано?

Я вдруг вспоминаю, что не рассказала Калебу о произошедшем сегодня днем. Он не знает, что я нашла Аделину и что за убийствами стоит «Звездный свет». И что человеком, действующим от имени этой компании, может оказаться мой отец – человек с такой же татуировкой, как у Николаса Блэкмора.