Где мы, там ад - Фрэнсис Кель Страница 45

— Что ты здесь делаешь? – спросила Линор, игнорируя его.

— Принёс эссе по творчеству Фроста, – признался я.

— О, хорошо. Я сдала на прошлой неделе.

— Я задолжал.

— Так ты не фрик, ты ботаник, – со знанием дела влез Инграм, за что получил от Линор молниеносный смачный удар в бок.

Я попытался найти тонкую, едва уловимую связь между тем, что у меня были долги по учёбе, и навязанным ярлыком «ботаник». Инграм явно плохо понимал смысл данного понятия.

— Прекращай нести чушь, – между тем потребовала Линор.

— Ты можешь перестать меня бить? У меня вечно синяки после тебя.

— Перестану, когда ты начнёшь думать, прежде чем говорить.

Я без особой заинтересованности наблюдал за ними в надежде, что скоро они закончат препираться и пропустят меня к преподавательскому столу.

Линор, словно почувствовав моё нарастающее раздражение, обратилась к двоюродному брату:

— Можешь оставить нас? Нам надо поговорить.

Инграм демонстративно поднял руки на уровень груди, будто сдаваясь.

— Пожалуйста, – отходя, с издёвкой проговорил он, – общайтесь, голубки. Смотри, чтобы Артур ничего не узнал.

Линор закатила глаза.

— Мы не голубки. И Артур не мой парень, – бросила она, на что Инграм лишь издевательски усмехнулся.

Когда мы остались наедине, Линор с беспокойством спросила:

— Ты в порядке?

Я устало кивнул.

Вчера я настолько погрузился в воспоминания, что добрался до самых тёмных их глубин. Там снова фигурировали Эдмунд и дядя Ричард. Я понимал: двуличие брата причинило мне намного больше боли, чем искренняя ненависть дяди, и именно поэтому любую чужую заботу я теперь воспринимал в штыки. А вот мои проблемы со сном… Я думал, что это последствия попыток Эдмунда избавиться от меня, но, порывшись в себе, осознал, что даже при живых родителях меня иногда мучила бессонница, из-за чего те постоянно ругались, обвиняя друг друга.

Было ли мне хоть когда-то лучше? Помню, что после полугода со смерти дяди и двоюродного брата, когда переживания о внезапном появлении в университете полицейских сгладились, я целый месяц крепко спал: ложился в одиннадцать вечера и просыпался в семь утра, бодрый и отдохнувший. Тогда я и задумался, что ради своего стабильного состояния мне стоило убить этих двоих намного раньше.

— Точно в порядке?

— Да, – соврал я.

— Больше не разносишь свою комнату?

Я хмыкнул:

— За последние пять дней не замечал за собой подобного.

— Хорошо, – кивнула Линор. – Ты плохо выглядишь. Я просто беспокоюсь…

— Что ты тут делаешь? – перебил я, меняя тему разговора, который совершенно не желал продолжать.

— А. – Она устало махнула рукой в сторону двоюродного брата. – Инграм учится в Высшей школе бизнеса.

— По нему заметно, – иронично прокомментировал я.

Линор улыбнулась:

— Раз в неделю профессор Кэмпбелл преподаёт у него американскую литературу. Представляешь, Инграм ничего ему не сдавал вот уже целый месяц.

— Даже не удивлён.

Линор хотела выглядеть серьёзной, но мои слова заставили её хихикнуть. Она смущённо прикрыла рот ладонью. Инграм сердито наблюдал за нами со своего места.

— Тётя с дядей попросили меня проследить, чтобы он взял дополнительное задание. Сам он сюда ни ногой. Я хочу убедиться, что он поговорит с профессором.

— Где сам профессор Кэмпбелл?

— Не знаю. Мы пришли пару минут назад. Его здесь не было.