Долина снов - Майк Омер,К. Н. Кроуфорд Страница 30

— Кто там? – рявкает стражник, сжимая копье.

— Это я. Здесь я, – еле ворочая языком, как пьяная, откликаюсь я на языке фейри. – Я искала свою комнату, но… это не то.

Стражник смотрит на меня с подозрением. Он не дурак. Заблудиться и спуститься сюда – полная нелепость.

— Кто вы?

— Я – это я! – Я глупо хихикаю и перестаю улыбаться. – Я музыкант, разумеется. Вы что, не слышали концерт? Это было потрясающе… – Невнятно бормоча, я делаю еще шаг вперед, тыча в стражника пальцем. – Вам стоило прийти и послушать. В следующий раз обязательно приходите. Я настаиваю…

Так хочется заглянуть в камеры и найти Рафаэля, но сначала нужно заняться этим солдатом.

Тот слегка расслабляется. Хоть он и на посту, вид миниатюрной женщины в вечернем платье – приятная отдушина. Стражник опускает копье.

— Ваша комната далековато отсюда. Возвращайтесь наверх.

И тут я замечаю за спиной стражника порхающего серебряного мотылька и не свожу с него глаз.

— Им правда понравилась наша музыка. Есть одна песня, которую они просили снова и снова… «Лети ему в лицо». Знаете такую?

Он хмурится:

— Странное название для…

Мотылек пикирует вниз прямо ему в лицо. Стражник отмахивается и отшатывается. Я прыгаю вперед, уворачиваясь от наконечника копья, и касаюсь его щеки. Мои силы раскрываются, и я проникаю в его сознание.

Его зовут Кадок, и он не может дождаться конца смены. Он здесь с утра – за то, что опоздал на церемонию к Его Величеству. Но он не будет жаловаться, ему позарез нужна эта служба. Он будет караулить особого заключенного, пока не отбудет наказание. В любом случае его жизнь несчастлива, так что здесь ему самое место.

Его возлюбленная Оделия в прошлом месяце ушла к лорду. Каждую ночь он пишет ей стихи о разбитом сердце, заливая в глотку медовуху бутылками. Но раскисать нельзя. Отец потерял работу, и Кадок должен приносить деньги в семью. Сегодня утром он вполголоса обозвал кастеляна ублюдком и до сих пор не уверен, услышал тот или нет. Кастелян пообещал: «Потом поговорим». Что это значит?

Я просматриваю его мысли, пытаясь проникнуть глубже. Заключенный. Известно ли что-нибудь Кадоку о прекрасном полуфейри с серебристыми глазами?

Заключенный находится здесь уже какое-то время. Захвачен в плен во время войны с людьми, но его поместили отдельно от прочего сброда. Почему-то он слишком важен. Хотя Кадоку так не кажется. Просто очередной беспородный полукровка…

Сердце замирает. Рафаэль.

Я проникаю в каждую мысль Кадока, перебираю идеи, воспоминания – все, что есть. Роюсь в его черепе, цепляюсь за нити и дергаю, подчиняя своей воле.

Теперь Кадок задумывается: может, пленник действительно важен…

Может, он богат? Да, наверное, богат, иначе его оставили бы вместе с остальными, так? Если Кадок выполнит маленькую просьбу и просто отопрет дверь, заключенный может щедро вознаградить его. Да. Вот что нужно сделать. Оделия снова влюбится в него, отец снова получит работу на конюшне. Кадоку ни в коем случае не надо дальше расспрашивать эту подвыпившую дамочку, потому что она отвлекает от действительно важного. Это всего лишь маленькая бабенка, пьяная музыкантша, которая не стоит внимания…

Я выхожу из его сознания; он растерян, в упор смотрит на меня. Потом достает висящий на поясе ключ и открывает дверь, ведущую на другую лестницу, освещенную факелами. Спускаюсь вслед за ним по лестнице. Воздух становится спертым, с запахом сырой земли и грибов.