Катамаран - Александр Ольшанский Страница 17

Самира первая поднялась и, не говоря ни слова, скрылась в кают-компании. За ней, бормоча что-то невнятное о необходимости проверить крепления, удалился Иштван. Анна Мари, все еще держа в объятиях мартышку, поспешила к себе, на ходу вытирая слезы.

Остались только Александр, Таня и Паоло.

— Ну вот, – с горькой усмешкой произнес итальянец. – Поздравляю. Наш дружный экипаж только что официально распался. Теперь мы – группа подозреваемых, терпеливо ожидающих, пока сыщик-любитель Бьорн не выведет кого-нибудь из нас на чистую воду.

— Он не прав, – тихо сказала Таня, глядя на Александра. – Он не прав насчет тебя. Я это знаю.

Александр молча кивнул, но в его глазах читалась глубокая обида и усталость.

— А насчет других? – мрачно поинтересовался Паоло. – Он прав в главном – мы все друг друга в глубине души подозреваем. Я, например, заметил, что Иштван вчера весь вечер был сам не свой. И с женой он говорил как-то уж очень взволнованно. А Самира… Ну, с Самирой и так все ясно. Она что-то скрывает, это очевидно.

— Может, у неё есть на то причины, не связанные с убийством, – возразила Таня. – У всех нас есть свои тайны.

— Вот именно! – Паоло развел руками. – И в этом-то и проблема! Раньше наши тайны никому не мешали. А теперь каждая из них выглядит как улика.

Он вздохнул, собрал со стола грязные тарелки и унес их на камбуз.

Таня и Александр остались вдвоем на опустевшей палубе. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо и воду в нежные, меланхоличные тона – розовые, лиловые, золотые. Но красота заката не радовала, а лишь подчеркивала внутренний разлад.

— Прости, что втянул тебя во все это, – тихо сказал Александр, не глядя на неё.

— Я сама решила пойти. И как же вы без медика, – ответила Таня, в её голосе прозвучала неподдельная нежность. – И ни о чем не жалею.

Она немного кривила душой. Сейчас она жалела. Жалела, что их прекрасная мечта обернулась таким кошмаром. Но бросать его сейчас, в самый трудный момент, она не могла.

— Что будем делать? – спросила она.

— Плыть дальше, – ответил Александр, и в его голосе снова зазвучали знакомые твердые нотки. – У нас есть цель. Волна-убийца ждать не будет. А что до всего остального… – он тяжело вздохнул, – будем надеяться, что правда всплывет сама. Как тот несчастный.

Он посмотрел на горизонт, где небо уже сливалось с морем в единую багровую полосу. Таня последовала его взгляду. Они стояли плечом к плечу, двое против всех – против подозрений, против страха, против нарастающей волны недоверия, которая грозила захлестнуть их с головой. Трещина все шире расползалась по корпусу их дружбы. А впереди их ждал океан, полный тайн, куда более опасных и непредсказуемых.

ГЛАВА 6. БУДНИ «КОН-ТИКИ»

Океан в это утро напоминал расплавленное серебро, такое ровное и сияющее, что казалось – пройди по нему, и не замочишь ног. Лишь длинная, ленивая зыбь, оставшаяся от ночного ветерка, медленно качала катамаран, словно исполинскую колыбель. Капитан Александр Сенкевич, он же Сашура, а для особо язвительного норвежца – Капитан Очевидность, стоял у штурвала и с наслаждением вдыхал воздух, пахнущий солёной свежестью и бесконечностью. Именно в такие моменты он понимал, что его безумная идея была правильной, несмотря ни на что.

Но романтике, как известно, редко удаётся выжить в суровых условиях близкого контакта семерых человек в ограниченном пространстве. Особенно когда один из них – итальянец с утробным урчанием, возвещающим о необходимости немедленного приёма пищи. Поэтому, дождавшись, когда команда более-менее собралась на палубе, потягивая утренний кофе, Александр, с видом Наполеона перед Аустерлицем, развернул свой планшет.