Опасный защитник - Тэя Ласт Страница 85

Надо будет потом узнать у Юматова, что это за изменения такие.

— Здравствуйте. – заглядываю в кухню, где женщина скромненько пьет чай, присев на уголок стола.

— А я все жду, когда зайдешь. – улыбается она с теплотой в глазах: – Чай, кофе?

— Да отдыхайте, я сама сделаю. – прохожу вглубь.

Сумбурные чувства и мысли одолевают буквально каждую секунду. Что будет значить мое пребывание здесь. По словам мужчины, это нечто большее. Но и я страшусь этого большего.

А информация, которую он мне раскрыл и вовсе заставляет волосы встать дыбом.

Она продала меня и готова была отдать собственного ребенка в такое же рабство, только с привилегиями.

Не мать, а мразь.

Иначе я ее назвать не могу.

— Садись. – указывает на стул, Мария Игоревна в тот момент, когда я беру кружку: – Как чувствуешь себя?

Послушно двигаюсь к ней за стол.

— Уже лучше. Что сегодня надо сделать? – задаю вопрос, в свою форму я уже одета, поэтому надо занять руки.

Она хмурится и смотрит с непонимающим взглядом.

— Ничего.

Бросает, почти даже с фырчаньем.

— Хм…все убрано? – снова глоток чая, и я пытаюсь разобраться.

— Соня…– женщина улыбается: – Во-первых, ты еще болеешь. Во-вторых, ты хозяйкой скоро здесь будешь.

Округляю глаза в недоумении.

— Да вы что…– нервно издаю смешок: – Какая из меня хозяйка?!

— Поглядим, поглядим. – загадочно она вздергивает бровь.

Зависнув на пару секунд, возвращаюсь к чаепитию, но в слова женщины не шибко верится.

— А Вы не знаете, Родион надолго?

А вот тут она даже не скрывает довольство на своем лице.

— Теперь думаю, что нет.

Кажется, домработница что-то знает, чего не знаю я.

— Вернул ведь тебя.

— У меня, к сожалению, нет других вариантов. – пожимаю плечами глубоко вдохнув: – Мать Артема совсем с катушек слетела.

— В чем дело? – хмурится Игоревна.

— Я даже не знаю как сказать. Она продала нас. – женщина ахает: – Ладно я, не родная. Но Тема…

— Вот же…– отборный мат у Марии Игоревны вызывает мой горький смех: – Родион же в курсе?

— Он и рассказал…

Умалчиваю о том, какой разговор я слышала ранее. Не уверена, что вообще могу так рассказывать. Но держать все это в себе без возможности поделиться еще хуже.

— Ничего, Сонечка, ничего…– уводит глаза Мария Игоревна: – Он все решит.

— Сложно это все…

Она вскидывает на меня глаза, и изучающе смотрит:

— Родион, согласна, сложный человек. Но и у него есть на то свои причины. Он рос на улице с определенным влиянием. Если бы в свое время над ним не взяли бы шефство, не знаю где бы он был. Однако, с доверием у него все плохо.

— Но ведь он делает всякие вещи, угрозы, оружие…

Она поджимает губы, и кивает.

— У него есть свои черты, которые он не переходит. Он никогда бы не продал женщину или ребенка. Даже помогает тем, кто живет на улице. Закупает еду, вещи и раздает в разных районах. Он может быть мерзавцем, поверь, я его растила. Однако, несмотря на это, душа у него все же есть. Пусть и под слоями многолетней пыли.

Слушаю женщину с откровениями о мужчине, который не выходит из головы и кажется, что мне мало.

— А что с его родителями? – осторожно задаю вопрос.

— Этого никто не знает, моя хорошая. Ты просто попробуй в нем разглядеть не холодного бандита, а осторожного и закрытого человека. Тогда, уверена, то, что ты откроешь для себя…