Фетиш - Тина Альберт Страница 80

— Так не туго?

— Нет, все нормально, – выдыхаю я.

Теперь мы скреплены вместе, моя спина прижата к его груди. Я чувствую каждое его движение, каждый вдох. Его руки обвивают меня, проверяя передние крепления, и в этом жесте столько заботы и защиты, что на секунду я забываю о предстоящем прыжке.

— Попробуй пройтись, – командует Джейсон, и мы делаем несколько неуклюжих шагов вместе. Это похоже на странный танец, где он ведет, а я пытаюсь подстроиться под его движения.

— Странное чувство, да? – усмехается он, чувствуя мое напряжение.

— Очень, – соглашаюсь я, осознавая, насколько интимным кажется это слияние двух тел в единую систему. – Как будто мы… – я осекаюсь, не договорив.

— Как будто мы что? – в его голосе слышится улыбка, и я чувствую, как краска заливает щеки.

— Неважно, – бормочу я, благодарная, что он не может видеть моего лица.

Его пальцы легонько сжимают мои плечи:

— Эй, расслабься. Просто представь, что мы будем танцевать в небе. Я поведу, а ты доверься мне.

И почему-то от этих слов становится немного легче дышать.

Маленький самолет ждет нас на взлетной полосе. Он кажется таким хрупким на фоне бескрайнего неба.

Мы неуклюже передвигаемся к нему, словно единый организм. Джейсон направляет меня, его дыхание щекочет шею. Забираться в небольшой самолет непросто – приходится двигаться синхронно, и я чувствую каждое движение его мышц.

— Сядь мне на колени, – инструктирует он, помогая устроиться в тесной кабине.

Я опускаюсь, чувствуя себя невероятно уязвимой и защищенной одновременно. Его руки уверенно держат меня, и я откидываюсь назад, прижимаясь к его груди. Двигатель самолета оживает, и вместе с его гулом нарастает моё волнение. Сейчас это волнение уже не только от предстоящего прыжка, но и от этой вынужденной близости с человеком, который всего несколько дней назад был для меня совершенно чужим.

Самолёт набирает высоту, и я чувствую, как от каждого толчка турбулентности вжимаюсь в Джейсона всё сильнее. Его руки, обвивающие мою талию, дарят странное ощущение безопасности, хотя мы поднимаемся всё выше и выше в бескрайнее небо.

— Три тысячи метров, – голос пилота едва слышен за шумом двигателя.

Сердце колотится как сумасшедшее. Джейсон слегка сжимает мои плечи, и я понимаю – пора вставать. Мы неловко поднимаемся, все еще скрепленные вместе, и я чувствую каждое его движение как свое собственное.

— Помни, что я говорил, – его голос звучит прямо возле моего уха, посылая новую волну мурашек по телу. – Когда откроется дверь, просто дыши. Я всё сделаю сам.

Дверь самолета открывается с оглушительным свистом, впуская порыв ледяного воздуха. Меня начинает трясти, но не от холода – от адреналина, который, кажется, вытеснил всю кровь из моих вен. Мы медленно продвигаемся к выходу, и я вижу бескрайнее голубое пространство перед собой. Земля кажется нереально далекой, словно я смотрю на карту в Google Earth.

— Скрести руки на груди, – командует Джейсон, и я механически выполняю указание, чувствуя, как его ладони ложатся поверх моих.

Мы стоим на краю, и время словно застывает. Я ощущаю, как часто вздымается его грудь за моей спиной, как крепко он держит меня, как ветер треплет наши комбинезоны. В этот момент я понимаю, что полностью доверяю этому человеку свою жизнь, и от этого осознания перехватывает дыхание сильнее, чем от страха перед прыжком.