Карбоновое сердце - Марьяна Куприянова Страница 79

— О да. Если бы я не сбежала, Билл наверняка захотел бы познакомить нас.

— А ты сбежала? – опять засмеялся Гектор, раскрасневшись. – Чего ты испугалась?

— Мне больше ничего не оставалось. Твой внешний вид поверг меня… как бы это сказать помягче, в смятение. И мне не нравилось то, что я чувствовала. Я была не в себе, и поэтому предприняла стратегическое отступление.

Соулрайд слушал с такой жаждой, что сам не заметил, как наклонился вперед и вытянул шею, прищурил глаза, и вожделение затаилось на его губах. Ему льстит все это, думала я, потому что он был уверен, будто я его не перевариваю, а теперь сидит и слушает, что я влюбилась в него, как в дурацком фильме, с первого взгляда.

— А что не так с моим внешним видом? – уточнил он.

— В общем, я представляла тебя… другим. Совсем другим. И меня поразило, насколько реальность не сошлась с ожиданиями.

— А вот это уже любопытно. И каким ты меня представляла?

— Вроде Билла, только симпатичнее. Жгучий брюнет с выразительными темными глазами, квадратным подбородком и выпирающей мускулатурой. В общем, ничего такого, что может меня привлечь. Помню томительное ожидание после гонки – ты не спешил вылезти из болида, а все уже его окружили, чтобы поздравить тебя, и мне самой так сильно хотелось на тебя взглянуть одним глазком… И вот ты встал в полный рост, и это… это меня рассмешило.

— Рассмешило? – не понял Гектор.

— Ну да, просто… ты показался мне слишком длинным, чтобы поместиться в кабине.

Гектор взорвался от смеха. Отдышавшись, он окинул взглядом свои вытянутые ноги:

— Это было не совсем то, что ты ожидала увидеть, верно?

— Точно. Никто не слышал, как я хихикала, все были заняты тобой. А потом ты сделал то, чего я ждала более всего: снял шлем. И тогда я прекратила смеяться.

— Сара, но это же немыслимо. У меня в голове не укладывается, что я мог сразу тебе понравиться.

— И у меня не укладывалось. Поэтому я временно не могла двигаться.

— Во мне нет ничего такого, чтобы…

— Почему тогда весь Уотербери души в тебе не чает?

— А при чем тут внешность? Я знаю, красивого во мне мало, и мне как-то…

— Ты так думаешь? Действительно? – Мне даже нравилось, что мы с ним друг друга постоянно перебиваем. Впервые в жизни меня не бесила такая манера диалога.

— Да. Я так считаю. Уотербери любит гонки. Любит Гранж Пул Драйв. Любит скорость и азарт. А я – гонщик, который побеждает. И мне достается часть их обожания. Но ни рыжие волосы, ни рост, ни что-либо еще в моей внешности тут ни при чем. Я уверен в этом как в том, что умею водить. Люди любят лидеров, чемпионов. Им нужны идолы. Они стали бы превозносить любого на моем месте, любого, кто выигрывает и дарит им бешеные эмоции. Ведь внешность, она… – мужчина пожал плечами, будто оправдывался, – вторична по большому счету. Если перед тобою личность с определенными талантами и достижениями, тебя уже не волнует, как выглядит этот человек, все это уходит куда-то на дальний план. Тебе интересен его успех, его уникальные качества. Ты хочешь быть похожим на него, в тебе просыпается желание стать лучше. Именно в такой мотивации нуждаются люди.

Услышав из уст Гектора собственные убеждения, я опешила. Чем дольше мы общались, тем больше я замечала, что мы с ним схожи гораздо сильнее, чем я могла представить. Радоваться этому или насторожиться?