Под предлогом ненависти - Нетта Хайд Страница 61

Она приподнимается на кровати, убирая журнал в сторону, и становится серьезной, но только по голосу:

— Мне просто нужен отчет за несколько дней, вот и все.

— Все просто потрясающе, Карли! – восклицаю я, складывая руки на груди и лучезарно улыбаясь. – Я на верном пути к сердцу кудрявого придурка. Не беспокойся, ты первая узнаешь, когда я его разобью, – откровенная ложь вылетает из моего рта, потому что за прошедшие дни я не приблизилась к нему ни на шаг.

Он или избегает меня, или торчит в местах, о которых я ничего не знаю. В последний раз я видела его в том спортзале. Ну… и сегодня. Но сегодня его видела та версия Скарлетт Скай, которая терпеть его не может, а та, которая влюблена в него по уши, потеряла его из поля зрения.

— Уже успела лечь под него? – спрашивает она, поправляя пальцами маску на своем лице.

Пока только на него удалось… и то случайно, когда под моим весом рухнул стеллаж, а он просто мимо проходил.

— Еще не успела. Знаешь, как-то не очень удобно было, – отвечаю я, подходя к ней. – И вроде бы уговор был о его влюбленности, а не о галочке напротив трахнутых имен.

— Сильно не задерживайся. Ты ведь все помнишь, да? – шепчет она, поднимаясь с кровати и становясь в тесную близость ко мне.

— Не волнуйся, я все помню, – произношу я с наигранной вежливостью, – и ни за что не откажусь от возможности поскорее избавиться от тебя.

— Какая ты милая, я не могу. – Она начинает пугающе смеяться, направляясь к входной двери. – Буду ждать от тебя интересных подробностей.

Как только дверь закрывается, я стягиваю с кровати постельное белье – то, что делаю каждый раз, когда она уходит, и падаю на голый матрац лицом, беззвучно крича в него.

Действуй, Скай! Чем быстрее получишь заветные слова о любви, тем скорее окажешься подальше от этого напускного лоска и наигранной доброты окружающих тебя людей.

* * *

День… Я сбилась со счета, какой уже день пытаюсь обратить его внимание на себя с помощью плана, который нихрена не работает. Никакая милая лань ему не нравится. Все это беспросветная чушь.

Каждый раз, когда я до заклиненного чувства в челюсти улыбаюсь, пытаюсь проявить к нему заботу, внимательность, получаю в ответ лишь «давай в другой раз»или равнодушие. Как будто меня не существует, как будто я сливаюсь со стеной, со столом, с тетрадью – со всем, рядом с чем нахожусь.

Но кое-что все-таки проскальзывает. С каждым разом что-то в его взгляде постепенно меняется, как будто он смотрит на меня с каким-то скрытым подозрением.

Например, в начале этой недели, когда я в очередной раз пришла в кафетерий, надеясь застать его там и миленько поболтать, я страстно поцеловала пустующий стол. Тогда я психанула, громко поставила на него свою еду и уселась, решив дать себе время на передышку.

Когда часть пасты была глубоко в моем горле, но еще не успела спуститься к желудку, напротив меня приземлилось тело с кудрявой головой. Его появление удивило меня, заставив мой кулак полететь к груди и несколько раз избить ее с целью протолкнуть непережеванный комок еды.

– Ну привет, художница, – говорит он, растягивая губы в улыбке и неотрывно смотря в мои глаза, пока я пытаюсь справиться с приступом удушья.

Я не понимаю, о чем он говорит ровно до тех пор, пока перед моим лицом не загорается экран его смартфона с красивой картинкой его пресса, которой не было в его аккаунте. От увиденного я снова давлюсь, из-за чего залпом выпиваю лимонный сок, а потом кривлюсь от насыщенности его вкуса.