Маркус - Анна Есина Страница 6

Кир ловко подтянулся, упёрся ногой в столбик, другую перекинул через перекладину, вскарабкался выше, закинул и вторую ногу, после чего повис вниз головой, удерживая себя на турнике согнутыми коленями.

— Слушай, Кир, не дури, — как можно тише и ласковее попросила Эля, подойдя ближе. Вся эта затея попахивала членовредительством. — Никто не сомневается в твоей превосходной физической форме.

— Поцелуешь меня, если выжму пятьдесят раз? — нагло спросил Кирилл, пропуская мимо ушей доводы рассудка.

Эле оставалось только кивнуть.

Ян с азартом принялся считать, подбадривая друга в суровой мужской манере. Эля заметила, что помимо поддержки он ещё и страховал Кира и готов был в любую минуту принять его вес на себя, чтобы не дать улететь вниз головой.

— Ты напрасно волнуешься, он справится, — всё тот же рокочущий голос зазвучал позади.

В его речи чувствовалась уверенность и спокойствие — нисходящие интонации плавно перетекали одна в другую. Даже такое короткое сочетание слогов действовало парализующе.

Эля обернулась и увидела Марка, который стоял почти вплотную к её спине, и делал вид, что следит за упражнением, а сам из-под опущенных темных ресниц разглядывал её.

Ян продолжал считать:

— Пять, шесть, давай, бро, соберись! Последний рывок остался. Четыре виса, и ты — красавчик. Вот так! Ай да мужичина! Семь! Ай да богатырь! Восемь! Элька, крась губы гуталином, сейчас отрабатывать придётся.

Эля подскочила на месте, но не от слов Яна, а от внезапного прикосновения. Раскрытая ладонь легла на поясницу, медленно опустилась вниз на пяток сантиметров и съехала на бедро, слабо очерчивая соблазнительный контур. Эля подняла сбитый с толку взгляд на спокойное лицо Марка, но ни один мускул в нём не дрогнул, сохраняя внешнюю невозмутимость. Ладонь испарилась.

— Десять! Всё, дружище, хорош! Вгоняешь нас в краску. Как мне потом в глаза жене смотреть, если ты целый полтинник сделаешь, а я вряд ли двадцатку наберу? — завопил Ян и помог приятелю спуститься.

Кирилла тут же вооружили бессменными костылями, Кеша и Марк поспешили выразить восхищение рукопожатиями, Эля подошла, чтобы рассчитаться. Привстав на носочки, она нежно поцеловала Кира в уголок рта и недовольно пробурчала, что рисковать не имело никакого смысла.

— А меня поцелуешь, красавица, если сотню выжму? — с лёгким намёком на шутку спросил Марк, не дожидаясь ответа, сорвал с себя дорогой джемпер из кашемира, вручил его Эле и грациозно, словно вышедший на охоту хищник, запрыгнул на турник, лихо кувыркнулся и повис вниз головой.

Ян методично отсчитывал число поднятий торса, а Эля разрывалась надвое от странного желания поднести чужую вещь к лицу и вдохнуть её запах полной грудью или же передать джемпер на хранение кому-нибудь другому, например, улыбчивой Ленке, которая таращилась на Марка с таким видом, будто могла выброситься вон из трусов по одному его щелчку пальцев.

Мартыновой с трудом верилось, что придётся целовать ещё одного любителя покрасоваться. Всё-таки сотня подъёмов за один подход — это внушительная цифра.

Спустя пару минут пришлось признать, что для этого тренированного позёра сто раз не является проблемой.

Ян закончил счёт:

— Девяносто восемь, девяносто девять — ну ты зверь, конечно! — Сто, сто один, сто два! Не надорвись, приятель. Сто три, сто четыре, сто пять! Готово! Абсолютный рекордсмен сегодняшнего вечера — Марк Давыдов — прощу любить и жаловать, дамы и господа!