Маринка, хозяйка корчмы - Ульяна Гринь Страница 59

— Здравствуй, мой любимый муж, мой господин перед Великой Мудростью! Я вернулась домой, разве ты мне не рад?

Картина Репина «Возвращение блудной дочери», ага. Нет, тебе здесь не рады, дай развод и вали, откуда пришла!

Но Аллен сказал совсем другое.

— Рад видеть тебя в добром здравии.

И всё?

Я не могла поверить своим ушам. Да, если он и дальше так будет продолжать, Зара останется жить с нами дружной шведской семьёй! А на это я совсем не согласная.

— Аллен, — позвала я его напряжённым голосом. Он обернулся. Тёмные, вечно недовольные, но ещё и ласковые, нежные, любящие глаза теперь смотрели растерянно. А я так ничего и не сказала, закрыв рот. Он мужчина, пусть решает эту проблемусам.

— Я искал тебя, чтобы просить Великую Мудрость разделить наши жизни, — с неожиданным упрямством вдруг сказал Аллен. Зара нахмурилась, сдвинув красивые брови, воскликнула:

— Ты разлюбил меня⁈

Он рыкнул:

— Да!

Отлично! Пусть убирается отсюда. Всем так лучше будет. Но Зара неожиданно рассмеялась:

— Что ж, ничего страшного. Я не в обиде. Но разделить наши жизни у тебя не получится.

— Почему?

Она загадочно улыбнулась, медленно прошлась между столами. Ох, убила бы… Удавила бы, ей-богу!

Зара остановилась, смахнув несуществующие крошки со скатерти, и обернулась:

— Вижу, что дела идут хорошо, несмотря на отвратительную еду. Разве корчма не была ограблена и подожжена?

— Откуда ты знаешь? — буркнул Аллен. Я едва сдержалась, чтобы не крикнуть, что это она сама и велела совершить преступление! Откуда бы ей знать про грабёж? Но Зара только поиграла бровями, потом жёстко сказала:

— Знаю, потому что интересовалась. Не забывай, мой дорогой муж, что корчма была построена на деньги моих родителей. Значит, она моя.

— На моей земле, — возразил Аллен.

— Чего стоит твоя земля без корчмы? — фыркнула она. — Но, раз тебе угодно, пусть. Корчма наша. И разделить её нельзя. Значит, наши жизни неразделимы. Кроме того…

Она усмехнулась совсем уже цинично, махнула рукой в мою сторону:

— Скажи своей служанке, чтобы принесла из погреба вино, которое мои родители оставили нам.

Я машинально оглянулась на Честела. Он развёл руками. Ах да, точно! Мы же его «уговорили»! Интересно, на что тогда надеялся официант? Что это я рожу Аллену второго ребёнка? А кстати, зачем вино этой заразе?

Зара распахнула плащ. А, ну теперь понятно. Платье на ней было широкое, специально распущенное в боках — для живота. Бывшая жена Аллена беременна!

Вот засада!

Похоже мой хозяин и любимый оборотень подумал то же самое, потому что я услышала знакомое:

— Парсын-ба…

— Не надо так бурно выражать свои эмоции, Аллен, — наслаждаясь произведённым эффектом, мурлыкнула Зара, погладила животик. — Кстати, у нас же была дочь, она жива? Где она, я хочу на неё посмотреть.

— Она спит, — вмешалась я. — Будить её не буду.

— Ты, — обратилась ко мне, глядя на мужа, блудная жена, — неси кувшин с вином, или плохо слышишь? Аллен, надеюсь, что эта служанка будет уволеназавтра же утром.

Во мне всколыхнулась ненависть. С каким неземным удовольствием я накинулась бы на эту стерву, оттаскала бы за чёрные густые волосы, надавала бы пощёчин по холёному личику! Представила, как расправляюсь с ней, и аж застрясло от гнева и сдерживаемого желания. Как же жалко, что нельзя дать волю чувствам, ах как же жалко!