Развод. Нежеланная истинная - Тая Ан Страница 57

— Как будет угодно. А я Лавр, и мне уже девяносто лет… мои руки не те, что прежде, а глаза почти не видят. Густав не справляется с возложенными на него обязанностями, и моя лавка приходит в запустение.

Усевшись неподалеку, блондин отвел взгляд и сокрушенно вздохнул. Видимо, ему не в первой было получать непрошенную критику в свой адрес.

— Детей я не нажил, и оставить дело своей жизни на разграбление родственникам было бы последним, чего я мог желать. Поэтому небо послало мне тебя.

Понятливо кивнув, я попробовала угощение. Сбитень оказался пряным и в меру сладким. В общем, выше всяких похвал. Если его готовил Густав, то не так уж блондин и плох.

— Здесь есть всё необходимое для комфортной беззаботной жизни, — старикобвел комнату гордым взглядом, — не самый плохой дом. С водопроводом, небольшим хозяйством, своим садом и даже пасекой. И накопления кое-какие есть…

— Чего конкретно вы от меня хотите?

Хотелось услышать наверняка. Дом, сад и пасека, это, несомненно, просто прекрасно, но очередного поползновения в сторону моей личной жизни я не выдержу. Если старик тоже станет намекать на замужество, то мне придется откланяться.

Пёс улёгся под столом, положив голову на лапы и изредка поглядывая на мои руки. Но я пока не спешила приступать к остальному угощению.

Не до тех пор, пока не пойму наверняка, чего от меня хотят. Старик посерьезнел.

— Мне нужна помощница. С проживанием. Уход за мной не потребуется, для этого всегда есть Густав. Да не такой уж я и немощный. Но работа в лавке и прием пациентов отнимает много сил. Этим я заниматься уже не могу, поэтому хворым горожанам приходится ездить в соседний город через дикий лес, а там Алые… опасно.

Алые? Я встрепенулась, не обратив внимание на то, что старик называет свой лес городом.

— Они разбойники?

Лекарь и кудрявый блондин переглянулись. Видимо, я спросила что-то не то.

— Ты не местная, — догадался старик, — иначе бы наверняка знала, что Алые не причиняют зла обычным людям.

Я нахмурилась.

— Тогда почему они опасны?

— Потому что лес — это их укрытие, и всех, кто пытается нарушить границу владений, они подозревают в шпионаже. Небезосновательно, я могу сказать…

Откуда-то снаружи раздались тягучие звуки горна. Я едва не подпрыгнула на месте. Откуда в лесу горн? Охотники⁇

Как бы не те самые Алые по мою душу явились. Судя по тому, что разбойниками их здесь не считают, то выдадут меня на раз два.

— Что это?

Лекарь пожал плечами.

— Наверное, правитель направился по вассалам.

Я должна была видеть это собственными глазами. Подскочила из-за стола и метнулась к выходу.

Распахнув дверь, шагнула наружу.

Это был вовсе не лес. Он, конечно, имелся, но только с одной стороны. Потому как дом лекаря стоял на окраине городка, главным входом глядя на мощеную улицу с фонарями, низкими кованными заборчиками и каменными клумбами.

И улица не пустовала. Направлялись по своим делам прохожие, куда-то тянулась деловитая вереница уток, да развешивала белье дородная бабка в белом переднике.

А вдалекевиднелась какая-то торжественная процессия. Я пригляделась.

Лекарь оказался прав. На перекресток выезжали всадники. Первыми были стражники с трепыхающимися на ветру стягами. Три ряда вооруженных до зубов мужчин в сверкающих кирасах прошествовали по брусчатке.

Горн не унимался.