Черный Лотос. Воскрешенный любовью - Иман Кальби Страница 56

— Последствия твоих выходок могут иметь нехорошие отголоски не только для тебя, Александра. Разве ты еще не поняла?

Я глубоко и тяжело дышу. Зачем он так?

— Оставь его на работе. Наверняка на нем вся его бедная семья держится. Я знаю такой сорт египтян… Он не виноват.

Его ноздри раздуваются.

— Хорошо…– произносит, спустя какое-то время, изучая меня, не выпуская из умозрительного захвата.

— Сегодня все для тебя, Александра. Ты хочешь отдыхать в номере или прокатимся по достопримечательностям? Твою безопасность я гарантирую…

— Как Даниил Черный из Москвы или как Черный Лотос из Ливийской пустыни?– мрачно усмехаюсь.

Мы с ним переглядываемся и загадочно друг другу улыбаемся.

— Не стоило смотреть в старинные зеркала, Александра. Там слишком много многоликого и сокровенного?

— Я бы хотела получить ответы на разумные вопросы, Даниил…

Сама понимаю, что впервые называю его по имени… По телу бегут мурашки. Он это видит даже в воде. И сам..,. покрывается мурашками.

Мы снова смотрим друг на друга. Пауза затягивается…

— Если ты готова говорить, я тоже готов. Мне кажется, что с тайнами и обманами хватит, нет?

Я молчу.

Он приближается, наклоняясь к шее.

— Например, если бы ты сказала мне про свою невинность раньше и не блефовала, Саша, все было бы иначе, я бы не причинил тебе боль.... – он целует мою шею, едва касаясь губами.

Вздрагиваю.

— Точно бы не причинил? А мне показалось, ты любишь причинять боль…

Снова это пламя в его глазах, черное и густое. Как смоль, как нефть…

— Только сладкую, малышка… Я сожалею о том, что произошло и как. И потому считаю, что нам нужно прояснить ряд моментов, чтобы двигаться дальше…

— Хорошо, давай проясним.

Все-таки ухищряюсь и отплываю от него, выворачиваясь.

Но он тут же притягивает за талию. Наши тела прижаты друг к другу в воде, его руки накрывают мою грудь и слегка сжимают.

— Никаких секретов, Александра. Никаких подковерных игр и интриг, которые могут закончиться плохо. Как видишь, все далеко не так просто, как это могло показаться. Сейчас мы выйдем из воды, оденемся, позавтракаем и поговорим. Ты расскажешь мне, что ты передавала Фаизу, как ты попала в Файюм, что тебя с ним связывает и почему ты оказалась у Фейруз…

— А ты?– замираю, не шевелюсь. Не убираю его руки с грудей. Просто потому, что показываю, что жду встречной открытости.

Он выдыхает мне в шею с хриплым смешком. Я чувствую, как в поясницу упирается его возбуждение.

— Мне нравится, когда ты такая подчеркнуто послушная, малышка… Возбуждает не сам факт, что ты к себе подпускаешь, а что делаешь это ради моей встречной уступки. Засчитано. Я тоже тебе расскажу то, что ты хочешь узнать. Возможно, многое бы ты поняла изначально, если бы слушала меня и слышала. Я уже говорил тебе о твоей самонадеянности… Так что, уговор?

— Уговор…– выдыхаю я, выплываю, наконец, на свободу и быстро поднимаюсь наверх, тут же хватая халат с лежака.

— Я буду таамию, фуль и мулюхию. Очень голодна. А если ты еще и туристическую вылазку хочешь, то и тебе советую нормально подкрепиться, как подобает настоящему работящему египетскому мужчине в этих краях.

Уже в дверях у своего номера оглядываюсь на него.

Он смотрит мне вслед и улыбается.

Какой-то слишком молодой.

И лицо подозрительно расслабленное. Даже умиленное.