Вера и рыцарь ее сердца - Владимир Ланге Страница 442

В степи завыли волки. Нет, Вере не показалось, где-то неподалёку выли дикие звери, тут она встрепенулась в испуге.

— Что я делаю? Я замерзаю и ничего не делаю?! Надо ведь что-то предпринять! Но что?

И Вера вспомнила, что она всё отдала в руки Господа, и опять стала ждать Божьего решения, теперь она не могла ни думать, ни мечтать, ни действовать, а только считать секунды, переводя их в минуты.

Ровно через 8 минут вдалеке замигал свет, через какое-то время послышался шум мотора, шум нарастал, и вот перед ней остановился малюсенький «Запорожец». Водитель «Запорожца» с большими усилиями затолкал Верины четыре сумки в тёплый салон своего автомобиля, потом он запихивал и саму Веру на переднее сиденье рядом с шофёром, так как она плохо сгибалась. Отогреваясь от тепла мотора, подмороженные ноги стали болеть, но женщина смотрела через окно на небо, откуда звёздным росчерком приветствовал её Бог.

* * *

Печка стала остывать, сильнее заныло бедро. Вера выключила лампу и натянула одеяло на голову. Разве она могла обижаться на Сафоновых и на других верующих за то, что, стоя на коленях перед собранием евангелистов, она чувствовала не покаяние, а унижение. Это насильственное покаяние как-то оправдывало её побег из посёлка Мирный в Россию.

Теперь она живёт в Андрюшино, и подошло время сна, завтра ждёт её новый день.

Глава 3

Наташе Буталовой в ту ночь не спалось. Как можно спать, когда уже завтра исполняется заветная мечта её жизни. Это замечательное событие лишало сна и рисовалось в образе сходки всех односельчан под красные знамёна, где на украшенной цветами трибуне ей вручался ключ от кабинета заведующей Андрюшинской больницы.

В темноте спальни Наташа счастливо улыбалась, её сердце радовалось, словно уже слышало будущие аплодисменты районного начальства, коллег и своих земляков. Эта должность заведующей больницы принадлежала ей по праву наследования.

Бывший заведующий больницей в Андрюшино, Пётр Петрович, уже как год разгуливал на пенсии, а в его кабинете исполняла обязанность главврача приезжая казашка Лебедева, которая приехала в эти места лечить, а не руководить больницей в Андрюшино. Ибо она для деревенских чужая и не сегодня, так завтра сбежит куда глаза глядят, а Наташа своя, в Андрюшино родилась, здесь и выросла, диплом фельдшера получила, замуж вышла и растит прекрасных сыновей.

За окном в морозной тишине утомлённо заухала сова, предвещая рождение нового дня.

* * *

Если говорить честно, то Наташа не любила вспоминать свою родословную и всегда представлялась друзьям и знакомым коренной сибирячкой, хотя родом была из знатных кубанских казаков. Скрывать родственные связи с раскулаченными казаками, когда-то сосланными на поселение в Сибирь, вошло в привычку. После окончания школы Наташа отказалась ехать с родителями на Дон, а отправилась в Тюмень, где выучилась на фельдшера, чтобы когда настанут сроки, получить по праву наследования от состарившегося Петра Петровича заведование участковой больницей.

Деревенская жизнь не терпит новшеств и суеты, требует, чтобы всё происходило в положенные сроки, и нарушать эти древние традиции приезжим непозволительно.

Вот Пётр Петрович, тоже из семьи ссыльных кулаков, такой неспешный порядок деревенской жизни уважал, и жители Андрюшино его уважали, признавая не только земским врачом, но и отцом родным. Он являл собой пример коммуниста и руководителя, с его мнением считались все, от мала до велика, а Наташа его просто боготворила.