Сладкая парочка – бандит и доярочка - Хельга Дюран Страница 41

Он назвал сумму. Она была вдвое, если не втрое меньше реальной стоимости. Удар ниже пояса. Глупое, детское возмущение поднялось у меня в горле.

Да ты, блять, знаешь, сколько она стоила?! – хотелось крикнуть ему. Но я молчал. Потому что знал, что он прав. Здесь нет места сантиментам. Здесь всё имеет лишь один, утилитарный вес.

Кивать было унизительно. Унизительнее, чем драться с пьяными механиками.

— Я согласен, – выдавил я из себя.

Он отсчитал деньги. На эту сумму я мог когда-то купить ужин в дорогом ресторане. Я сунул их в карман, не глядя, и развернулся к выходу.

Спина горела от его взгляда – взгляда падальщика, подбиравшего объедки с барского стола.

Я сел в машину. Тося тут же повернулась ко мне, сияя.

— Всё хорошо? – спросила она.

— Конечно, малыш, – через силу улыбнулся я.

Я чувствовал странную лёгкость на шее. Непривычную, пугающую пустоту. Будто сдал в ломбард не цепочку, а кусок своей старой, чёрствой души.

Как бы я хотел вернуться к своим деньгам и роскошной жизни. Подарить эту жизнь Тосе.

Но пока я мог лишь скрипеть зубами от злости, а нам нужно было на что-то жить.

Печатку я оставил на самый крайний случай, надеясь, что продавать кольцо не придётся, что Серёга найдёт преступников раньше, чем я окончательно обнищаю и повисну на шее у своей спасительницы.

24. Тося

Магазин «Ева» в райцентре был для меня чем-то вроде музея недостижимых сокровищ. Я заходила сюда редко, только чтобы «поглазеть», и всегда с чувством лёгкой зависти и собственной неловкости.

Сегодня же я расхаживала по магазину с ощущением, будто у меня за спиной выросли крылья. В моей старенькой сумке лежала пачка денег – наша общая с Гришей выручка. Не аванс, который тут же уходил на долги, а настоящие, «живые» деньги. Коммуналка, доски на забор и даже маленькая, совсем уж крохотная радость для себя.

Свадьба подруги Ксюши. Я не могла пропустить. Её женихом был богатый бизнесмен, непозволительно было приходить в чём попало. К тому же нечасто подруги замуж выходят, можно потратиться на что-то приличное.

Присутствие Гриши придавало мне уверенности, но и смущало дико.

Я подошла к стойке с платьями. Руки сами потянулись к простеньким, самым дешёвым моделям из кричаще-яркого трикотажа. Но потом мой взгляд упал на него. Висящее чуть в стороне, из тонкой, струящейся ткани нежно-ментолового цвета.

С кружевными рукавами до локтя и небольшим, элегантным вырезом. Оно было скромным, но в этой скромности была такая безупречная женственность, что у меня защемило сердце. Оно было моё. Я это поняла сразу.

Я осторожно, боясь испачкать пальцами, потрогала ткань. Она была прохладной и шелковистой.

— Примерь, – сзади раздался спокойный голос Гриши. Я вздрогнула. Он подошёл, не сводя с платья оценивающего взгляда. – Очень красиво. Это прям твоё.

Я, краснея, взяла платье и поплелась в примерочную. Шторка задёрнулась, отгораживая меня от внешнего мира. Я скинула своё старенькое платье и, затаив дыхание, надела его. Ткань мягко обняла моё тело, подчёркивая талию, нигде не топорщась.

Я повернулась перед зеркалом. Из него на меня смотрела Незнакомка. Та самая, что появилась после той ночи с Гришей. Только теперь она была не растрёпанной и страстной, а красивой по-королевски.

По городскому.

Я медленно провела ладонью по бедру, чувствуя под пальцами дорогую фактуру. Такой меня ещё никто не видел. Я сама себя никогда не видела в подобном образе.