Этика греха - Анна Есина Страница 37

— Моя влажная девочка, — одобрительно хмыкнул и задвигал бёдрами. — Ненасытная, как и я. Ты как хочешь? Понежнее или покричишь для меня?

— Заставь меня перестать думать, — она выгнулась навстречу его движениям и всего опутала руками и ногами.

— Было бы сказано.

Он сдавил ей горло и с небывалой силой принялся выбивать из её тела всхлипы вперемешку с гортанными стонами.

— Ева, открой рот и высунь язык.

Она выполнила. Влад положил на кончик большой палец и коротко велел:

— Облизывай. Рот не закрывай. Смотри на меня.

Она заворожённо уставилась на его лицо, на чуть приоткрытые губы и абсолютно дикие глаза. Стала кружить языком вокруг пальца, вылизывая его от основания до кончика ногтя.

— Пиздец какая ты сладкая.

Он убрал руку и почти до боли стиснул грудь, потом наклонился и с неистовством набросился на её губы. Терзал и мял, вдавливал и кусал, оглаживал языком и всё время ворчал что-то.

— Ты близко? — спросил, когда она уже начала терять связь с реальностью.

— Да, не останавливайся.

Влад скатился с неё, протянул руку к тумбочке, поискал что-то в верхнем ящике.

Ева досадливо вздохнула, повернулась на бок.

— Ты нарочно?

— М-м, нет, кошечка, — а сам аж светился самодовольством.

Искомым предметом оказалась небольшая пробка из чёрного латекса в палец толщиной. Он подтянул её колени к груди, устроился в промежутке между попкой и пятками и медленно погрузил в неё игрушку. Вынул. Прижал кончик к клитору и покружил. Она громко задышала. Он снова повторил весь процесс, только теперь двинулся не к узелку удовольствия, а надавил на другое отверстие. Ева застонала.

— Тише, расслабься, — он наклонился к её лицу и поцеловал в уголок рта, — она совсем маленькая, боли не будет.

Он снова начал вводить в неё игрушку. Ева закусила уголок подушки. Ощутила её наполовину в себе, сбивчиво задышала. Влад в который раз убрал от неё игрушку, смазал соками и вернул на место и тут же проник рядом членом. Она охнула.

— Всё на сегодня. Привыкай.

Он накрыл грудь ладонью, другой ухватился за бедро и стал двигаться.

— Как ощущения?

— Непривычно, но нравится.

— А так?

Он со всей силы шлёпнул её по заднице и надавил пальцем на пробку. Ева вскрикнула от неожиданности, но лёгкая боль лишь подлила масла в огонь. Плотный шар желания внизу живота наполнился чем-то горячим.

Влад погладил алый след на коже, и это понравилось ещё больше.

— Сделай так ещё раз, — попросила.

Он опять шлёпнул и вынул пробку до середины, покрутил и вернул обратно. Задвигался жёстче.

— Боже, да-а-а-а.

Она никогда бы не подумала, что может испытывать животное удовольствие от чередования сдержанной боли и умелых ласк, но получалось именно так. Чем сильнее Влад её шлёпал, чем агрессивнее брал, тем быстрее приближался финал. Она готова была метаться по постели, скулила и умоляла, разрываясь на части от полноты ощущений.

За секунду до срыва Влад перевернул её на живот, заставил обхватить руками ягодицы и развести в стороны, и прямо-таки начал вдалбливать её в диван.

Громкий стон перешёл в крик. Ева уткнулась лицом в подушку и никак не могла успокоиться. Он присоединился к ней почти сразу, навалился всей тяжестью тела на спину и по инерции продолжал двигаться, но уже совсем лениво.

— Вадь, раздавишь, — она отпустила попку и ткнула его локтем под рёбра.