Дочка красавчика университета - Юся Сташова Страница 25

Папа не особо любил праздновать свой день рождения, но знал, как это важно для нас с мамой, поэтому не ругался, когда возвращался домой и видел перед собой меня и маму в милых колпаках и с тортом в руках.

И ведь он всегда загадывал желание.

— Лера, что вообще произошло? Ты можешь мне рассказать?

— Он… он попросил прощения за все, что делал эти два года. И упомянул школу, — хлопая глазами, чтобы избавиться от слез, я вскинула подбородок и замолчала, обдумывая его слова. — Причем тут школа?

— Школа? Может вы учились вместе?

— Поверь, Чернова я бы точно запомнила.

— Ну да. С его-то тупым юмором, — подруга закатила глаза.

— С его-то фамилией и внешностью. Уверена, он и в школе был таким же красавчиком.

— Кто бы сомневался.

Я сделала глубокий выдох и встала с унитаза, чувствуя, как сильно у меня замерзли ноги, ведь сегодня я была в сарафане, едва прикрывающем щиколотки. А холодный ветер проник в туалет для девушек, окутывая неприятным чувством, что я совсем голая оказалась вокруг пустой улицы, засыпанной снегом. Продрогла до такой степени, что зуб на зуб не попадал, и Валя, видя мое состояние, помогла мне дойти до раковины. Губы немного посинели, а кожа стала такой бледной, что я могла разглядеть маленькие синие вены по всему телу. И на лице, и на шее, а на руках они виднелись еще больше. Мечта медицинской сестры.

— Хорошо, что у меня есть салфетки. Давай помогу привести себя в порядок.

Я не стала отказываться от помощи Сотниковой, потому что не знала, как мне поступить. Руки не слушались, ноги не несли домой, а в голове я заострила внимание на словах Чернова о школе. Что же там такого было, о чем я не помнила? Или не хотела насильно вспоминать?

— Помнишь мальчика, который донимал тебя первые несколько лет? — подруга задала крайне неожиданный вопрос, заставив меня перестать пялиться на себя в зеркале.

— Я помню лишь его лицо. Немного. Имя и фамилия будто стерлись из памяти из-за ненадобности.

И это было правдой.

Высокий мальчишка из класса старше любил ловить меня на переменах, специально спускаясь к нам на этаж, чтобы пройтись там, заглянуть в каждый кабинет и найти мою светлую макушку. Точнее, мои толстые щеки, за которые он мог меня потискать против моей воли. Своенравный был, преподавателей не уважал, а сам строил из себя крутого мальчика, которого все боятся. Хотя не так. Боялись его отца, у которого влияния было больше, чем у директора школы. Он был крупным спонсором, всегда появлялся на важных мероприятиях и представлял своего сына, как повод для гордости.

И…

Стоп.

Отцом был знакомый мне мужчина, которого я видела лишь раз в году первого сентября, выступающего перед студентами с мотивационной речью. Наш директор и по совместительству — отец Чернова.

— Вспомнила что-то? — Валя заметила мой напуганный вид.

— Олег. Его звали Олег.

— Боже, Чернов что ли? — Сотникова ахнула, пока я пыталась осознать правда ли это или просто мое бешеное воображение, не поддающееся объяснению. И нет, я помню точно, как молодо выглядел этот мужчина, а потом меня перевели в другую школу, где я закончила одиннадцать классов и поступила в самый лучший университет города.

— Вот почему он назвал меня свиньей. Он и тогда называл меня также. Олег еще тогда сразу понял, кто я.