Грехи любви: в паутине соблазна - Кэтрин Болфинч Страница 20

— Ты даже пьешь, не чокаясь, Эми, — усмехнулась Мадлен. — Алан снова накосячил?

Точно. Алан. У меня ведь все еще есть парень. Если его, конечно, можно так назвать. После того случайного секса, мы ни разу не повторили его неслучайно.

— Это отдельная история, — я отпила еще вина, почему-то организм все никак не хотел пьянеть. В кои-то веки мне хотелось расслабиться, не думать, не переживать и не сдерживать себя. Да, сдерживать особенно не хотелось. Черт возьми, почему я не могла просто поддаться своим желаниям? Почему не могла переступить через эту идиотскую черту и сделать то, чего хотела?

А чего я хотела?

Я выдохнула.

— Как ты поняла, что Дэмиан — тот самый мужчина, который заслуживает того, чтобы быть твоим мужем? — вдруг спросила я, кажется, все же опьянев. Мадлен удивилась моему вопросу, сделала глоток из бокала и сложила руки в замок.

— Это просто случилось и все. Мы многое потеряли, живя в ненависти на весь мир и друг на друга, три года провели порознь. Я с другим именем, он — с женой. Да и до этого наша история не тянула на любовный роман, скорее, на психологический триллер[3]. Не знаю, что у тебя случилось, но люди любят все усложнять, Эми. Любят находить ненависть там, где ее нет. Любят драму и падают в чувства ради нее. Большинство из нас не умеет любить без тяжести, потому что уверены, что вся любовь должна пройти через боль, труд и слезы, но на самом деле, нет. Только сейчас я это понимаю. И только сейчас понимаю, что у каждого свой путь, — она устало вздохнула, вздрогнула, будто воспоминания причиняли боль, но все же продолжила говорить, а уже пожалела, что спросила. — Нам с Дэмианом нелегко пришлось, но… когда ты узнаешь человека с худших сторон и не отворачиваешься от него это многое значит. Мы прошли через предательство и ненависть, через спасение и отчаяние, и пока не выплыли к свету, ничего не выходило. Но, думаю, это не твой случай, верно? — Мадлен мягко улыбнулась, как умела только она, и повернулась ко мне.

— Спасибо, что рассказала, — я накрыла ее ладонь своей. Мадлен была старше меня на пят лет, а мудростью превосходила на все десять. И я знала, что она стала такой не от хорошей жизни.

Люди любят все усложнять.

Что, если в этом и заключался смысл человеческой натуры?

— Недавно я поцеловала Алана на приеме, где находилась целая толпа гостей и мои родителей, а потом поняла, что совсем не готова к тому, чтобы о нас кто-то узнал. И теперь не знаю, стоит ли это того, чтобы отказывать себе в удовольствии с каким-нибудь красавчиком, — конечно, я не имела в виду Энзо Моретти. Никого не имела в виду. И даже не думала об этом.

— Или есть кто-то, кто заставил тебя сомневаться в своем выборе? — Мадлен шутливо толкнула меня локтем в бок, прищурила глаза, рассматривая мое лицо, на котором, скорее всего, уже был написан ответ.

Да.

Нет.

— Конечно, нет! — воскликнула я и вцепилась в опустевший бокал, надеясь, что Мадлен не придала значения моим покрасневшим щекам.

— Если «да» с сомнениями, то это «нет». К тому же, ты слишком молода, чтобы вешать на себя обязательства и приличия.

— Ну да, ты точно знаешь, о чем говоришь, — хмыкнул мужской голос. Мы почти синхронно повернули головы в сторону двери, где замер Дэмиан. Он, как обычно, ехидно прищурился, глядя на нас. Я была почти уверена, что сейчас Мадлен закатила глаза.