Кабы я была царица, не поехала б в Сибирь - Лина Мак Страница 2

ближайшего поворота почти полной луной. И мне бы испугаться, но страшнее зверя, чем

человек, я всё равно не видела, так что:

— Ещё по одной, Танюша, и в путь!

Повторив все действия в нужном порядке, закрыла бутылку и положила её на соседнее

сидение, рядом с гордо надкушенной палкой колбасы.

Поправила волосы, что немного растрепались, достала помаду, чтобы поправить рабочую

зону, проверила, на месте ли сиськи, и снова тронулась с места. Мне бы задуматься,

зачем я это всё делаю, но нет!

— Боже, дай мне знак, что я еду в нужном направлении! – молитвенно прошептала в

пустоту салона.

Здесь же даже радио не работает, так что еду я чисто по личным воспоминаниям из

детства. Хотя указатель был правильный, когда сворачивала по нему.

Я не могу ещё и заблудиться на одной единственной дороге! Должно же быть хоть что‑то

положительное в уходящем… ой, уже в ушедшем году! Я ведь вела себя прилично!

Матом не ругалась!

Не дралась!

Слабых не обижала!

Сильным мира сего по яйцам не стучала, хотя хотелось страшно!

Бабуля с мамулей сказали, что товар, то бишь я, возврату не подлежит, так что я и

решила, что мой свадебный подарок, который честно приберегла на чёрный день, как раз

будет теперь кстати! Кто же знал, что этот день настанет так быстро!

Я уже сбилась со счёта, сколько проехала поворотов. В туалет хочется до такой

степени, что у меня скоро в ушах забулькает! Но останавливаться не буду!

Да ну нафиг! Лось — это было только начало. Я знаю, здесь не только они водятся. И я

не горю желанием, чтобы какая‑то бедная зверушка отравилась моим ядом в этом лесу.

Нервно прыскаю от собственных мыслей и подъезжаю к развилке. Одна дорога ведёт левее,

и на ней виднеются только две колеи. А вторая — прочищенная. Но, судя по тому, что

последний час езды снег начал сыпать, будто кто‑то там наверху решил, что можно

притрусить эту местность ещё немного снежком, скоро не будет видно и этой. Лучше

поехать направо!

Сворачиваю в выбранном направлении, и через десять минут свет фар выхватывает

огромный дом из сруба!

— Мать моя женщина, а отец — мужчина! Вот это бабуля мне подарок сделала! – довольно

присвистываю и паркуюсь у дома.

Домик точно в два этажа, но очень хочется, чтобы он был ещё и тёплым. Я не смогу

сейчас ещё и нагреть его. Я же девочка, и у меня лапки. Ой, зараза, пора забывать

про лапки, Таня!

— Ой, всё, Таня! Выключай девочку. Жизнь городской девочки закончилась. Пора

вспоминать корни, – вздохнула я и вышла из машины, прихватив с собой сумочку,

бутылку водки и палку колбасы, оставив включённым свет фар. Потом выключу, когда

пойму, есть ли здесь свет или нет.

Поднялась по высокому крыльцу и попыталась открыть дверь ключом, который у меня был в

сумочке.

Но спустя минут пять мне наконец‑то дошло, почему ключ не открывает, хотя

проворачивается. Дверь, оказывается, открыта.

Прошла внутрь и замерла в гостиной‑кухне. Большая печка посреди комнаты сразу

бросилась в глаза, а ещё массивный стол, который сделан из полубрёвен. И такие же

высокие, массивные деревянные стулья.

На печке стоит кастрюля. И это немного напрягает уже захмелевший мозг. Но я всё же

подхожу к печке и вожу рукой над ней. Холодная. А вот сама кастрюля ещё тёплая.

Открываю её и застываю на мгновение.

Каша?

Бабушка, что, знала, что я приеду, или сдала кому‑то дом? Хотя я же не заметила