Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг Страница 178

– Какой у меня срок?..

– Шестнадцать недель.

– Господи, – Эви шокированно опустила взгляд на живот. – Почему это не заметно?

– Все совершенно нормально. Обычно живот начинает расти как раз с четвертого месяца. По медицинской карте я сделала вывод, что у вас всегда был нерегулярный цикл и вы принимали контрацептивы по назначению гинеколога. Это так?

– Да, но я прекратила прием полгода назад, – выдавила из себя девушка. – С малышом точно все в порядке?

– Точно, не волнуйтесь.

– Я могу узнать, какого пола был малыш, который… – было так чертовски тяжело говорить, но Эви заставила себя. – Погиб.

– Мы можем провести генетический тест.

– Спасибо. И я бы хотела получить… – она сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Язык не поворачивался произнести «тело». – Я бы хотела его похоронить.

– Конечно. Мы все устроим, – женщина сочувствующе коснулась плеча девушки. – Мне позвать вашего друга?

– Да, спасибо, – кивнула Эви.

Ей сейчас очень сильно был нужен Кристиан.

Впрочем, как и всегда…

***

Это был крошечный розовый гроб.

Она опустила его в заранее вырытую яму на кладбище.

Горло Эви сдавило стальным жгутом, хотелось плакать навзрыд, но что-то не давало расплакаться, и от этого только сильнее болело в груди.

– Прости, малышка, – прошептала девушка, проведя последний раз пальцами по блестящей поверхности, прежде чем Кристиан забросал яму землей.

Она подняла голову наверх, глядя на раскинувшийся голубой купол неба. Сегодня оно было ослепительно чистым и светлым.

– Ты теперь на небесах, да? Рядом со своим дядей и дедушкой, – ласково произнесла Эви, закрывая глаза. – Прости, что не смогла тебя защитить. Прости, что потеряла тебя. Прости, что не успела дать тебе имя. Я бы назвала тебя Нильде…

В честь матери Дамиана.

– Мне нельзя тебя удерживать, родная. Поэтому я отпускаю тебя. Я буду молиться о том, чтобы твоя душа ушла к Ангелам Хранителям. Я буду просить об этом каждый день. Прощай… – когда она открыла глаза, то заметила, как начался снегопад.

Вытянула руку, и на нее, кружась, опустились крошечные белые снежинки.

Словно…

Она тоже с ней попрощалась.

Эви это знала. Почувствовала.

– Все хорошо, солнышко?

Кристиан подошел к ней, обхватывая лицо девушки руками.

Она улыбнулась. Искренне.

– Да. Теперь все хорошо, – тихо отозвалась, уткнувшись носом в плечо лучшему другу.

– Пойдем?

– Чуть позже. Мне нужно еще попрощаться с папой и Тэйтом. Я скоро.

Снег захрустел под подошвами ботинок, пока девушка подходила к первой могиле, опускаясь перед ней на колени. Бережно положила на землю цветы.

– Теперь я тебя помню. Ты был первым, кто назвал меня «Эви». Ты был моим старшим братом. Ты всегда меня защищал в школе, ты научил меня кататься на велосипеде, ты играл со мной в снежки и слушал все мои дурацкие детские рассказы, – она издала слезливый смешок. – Знай, что я очень сильно тебя люблю, мой брат. Спасибо за то, что спас меня. И спасал все эти годы.

Она провела пальцами по заснеженной поверхности надгробной плиты, обнажая надпись.

Тэйт Кайден Ричардсен.

***

– Наверное, я должна ему сказать, – решила Эви спустя пару дней. Ее уже давно выписали из больницы, результаты поступления в университет пришли – раньше она бы прыгала от радости, узнав о том, что ее приняли в Юридическую школу Калифорнийского университета в Беркли (одну из лучших), но теперь думала лишь отом, как ей совместить сложную учебу, ребенка, оставшись без денег и жилья. К тому же, девушка собиралась уехать не одна – она не хотела бросать бабушку с дедушкой. Им требовалась помощь.