По щелчку - Лана Ива Страница 161

До конца этого треклятого праздника.

✦

Мы вернулись домой около десяти вечера. Я устал, не хотел ни с кем говорить, не хотел никого видеть. Просто ушёл в свой кабинет и запер чёртову дверь, чтобы остаться наедине с собой и своими демонами.

Сняв пиджак и расстегнув рубашку на несколько пуговиц, я налил виски, сел в кресло, и чужие голоса вновь заполонили мою голову, будто всё это время только и ждали, когда я останусь один.

«Завтра в полдень младшего перевозят…»

«Знаешь, некоторым людям слишком легко дышится даже в камере…»

«Полумеры – для слабаков, Теодор…»

Я вновь и вновь прокручивал всё, что произошло за последние недели. Всё, что узнал о подонке Оскаре. Все грязные подробности, запуганные лица тех девушек, которых он изнасиловал.

И запуганное лицо моей Ханны.

Вновь вспомнил его слова на вечере: «Не думал, что у тебя такие же вкусы, как у меня. Девочка что надо, правда? Я всё ещё помню, как сладко она стонала и умоляла меня не останавливаться…»

Сердце застучало быстрее, я сжал бокал в пальцах с такой силой, что он чуть не лопнул.

Ханна не могла сопротивляться, потому что была под действием наркотиков, которые ты, ублюдок, подсыпал ей в пунш.

Он не просто оставил на Ханне свой след – он оставил в её душе травму, а в чреве – ребёнка. И хотел похвастаться этим перед её отцом.

Злость вспыхнула во мне с новой силой, и я вскочил на ноги, расплескав виски прямо на брюки. В голове что-то щёлкнуло, будто кто-то снял пистолет с предохранителя и приставил дуло к виску. Пришло чёткое осознание: Оскар ДиЛаурентис не заслуживал жизни даже за решёткой.

У него оставались деньги, связи, люди, которые готовы были вытащить его, как только появится шанс. А шанс бывает всегда. Рано или поздно этот ублюдок выйдет. Оставить его в тюрьме – означало оставить ему надежду.

Нет. Я не мог допустить, чтобы эта мразь когда-нибудь вздохнула свободно. Я не мог позволить ему даже мечтать о втором шансе.

Тюрьма не будет для него наказанием – она станет его концом.

Я взял в руки телефон. Потратил ещё несколько секунд на раздумья. Уверен ли я в этом? Один звонок и пути назад уже не будет. Ни для кого.

В груди была пустота, но за ней пришла твёрдая решимость – уверен.

И Оскар не просто подохнет в тюрьме – сначала он почувствует ту же боль, тот же страх, то же бессилие, что испытывали девушки, которых он использовал. Он сам станет жертвой и на собственной шкуре ощутит это унижение.

Демона внутри меня было уже не сдержать, он широко разинул свою клыкастую пасть в ожидании, когда его вкусно покормят. И тогда я набрал номер Виктора.

Когда звонок завершился, я почувствовал, как нечто тёмное скапливается и бурлит в груди, расползается по венам, обвивает внутренности и тянет меня вниз, в этот безумный, грязный мир жёстких решений.

Удовлетворения не было, как и пути назад. Грани человечности стёрты в кровь.

Перед глазами вспыхивали яркие образы: лицо Ханны, её огненные волосы, её улыбка, её глаза, как из другого мира. Моя маленькая Птичка. Моё солнце.

Что она скажет, когда узнает, что я перешёл черту? Оценит ли мой поступок или осудит? Останется ли со мной?

И тут я вспомнил, что сам делал с Ханной. Как грубил ей, как зажал её в подсобке и грубо засунул в неё пальцы, как трахал её в кабинете и пытался заставить её подчиниться, а она просила остановиться…