Любовь вслепую или Помощница для Дракона - Маргарита Абрамова Страница 130

— Да, — согласился Барретт, остановившись рядом, его высокая, мощная фигура заслонила низкое утреннее солнце, — Теперь ты моя жена. И именно поэтому ты должна быть выносливой и сильной, чтобы удерживать и контролировать свой дар. Напоминаю, что ты одна из отстающих адепток первого курса.

Что есть — то есть. Но я исправлюсь. Я не родилась с магией и мне труднее дается ее освоение.

Все в Академии знали, что мы истинная пара. Но это не мешало многим молодым адепткам засматриваться на привлекательного ректора, каким Барретт, несмотря на прошлое и шрамы, бесспорно, был. Его харизма, власть и та самая, опасная аура дракона делали свое дело. Иногда его высокомерие и властность, доставшиеся в наследство от генеральского прошлого, ужасно злили.

Вот как сейчас.

Захотелось зарычать, как дракон, хоть я им и не являлась. Но дар внутри отозвался легким, ледяным шипом раздражения.

— Я ведьма, вряд ли Эйра наматывала круги по лесу…

Барретт улыбнулся, и в его глазах, обычно таких строгих на тренировках, мелькнула знакомая, опасная искра. Он сделал шаг ближе, и от него повеяло жаром, не от бега, а от того внутреннего огня, что всегда тлел в нем.

— Ами, — произнес он тише, и его голос стал тем хриплым, интимным шепотом, от которого у меня по спине пробежали знакомые мурашки, — я знаю какой ты можешь быть выносливой, — он усмехнулся, а у меня как обычно от его горячих намеков вспыхнули щеки. Его жаркие ночи выматывают сильнее любой тренировки.

— Те выматывания нравятся мне куда больше… — призналась смущенно.

— Мне тоже, поверь. Но, к сожалению, мы не можем ограничиться только ими. Дар требует дисциплины, а тело — силы. Но разуж ты так прекрасно умеешь уговаривать… Два последних круга. И потом — полетим домой. Пока Ханна на занятиях по рисованию, — мы отправили ее учиться рисовать, чтобы она могла изображать свои видения.

— Эй! Это нечестно! Это будет утроенная нагрузка! Сначала ты меня измучаешь, а потом…

— Сама напросилась, — перебил он, и прежде чем я успела среагировать, его ладонь хлопнула меня по мягкому месту, не больно, но достаточно звонко и вызывающе для ускорения. — Шустрее, адептка Армор!

Я фыркнула, но сорвалась с места, набирая скорость. Ветер свистел в ушах, трепля все еще короткие пряди волос. Солнце грело спину, а где-то впереди, фигурально и буквально, бежал он — мой дракон, мой ректор, мой муж. Наш путь был далек от простого, наша жизнь — странный сплав магии, политики, учёбы и безумной любви.

После нашей первой ночи во дворце Аловиста, я приняла дар, и мы полностью укрепили истинность. Лейден оказался прав: само по себе единение было ключом, но наутро мне стало дурно. Мир плыл, в груди клокотал ледяной ураган, пытаясь вырваться наружу, а кожа то покрывалась инеем, то обжигалась внутренним жаром. Но, в отличие от того кошмара, я оставалась в сознании. Мы были не одни и нам помогали. Северная ведьма Озима, жена Лейдена, учила меня чувствовать структуру магии внутри, дышать вместе с ритмом холода, не бороться с ним, а направлять. А Барретт через нашу связь то вливал в меня волны согревающей энергии, когда лёд пытался захватить контроль, то, наоборот, слегка «приглушал» собственный жар, чтобы не спровоцировать конфликт. Было невыносимо трудно.

Но вместе мы справились.