Любовь вслепую или Помощница для Дракона - Маргарита Абрамова Страница 125

Оказалось, что мы не продолжаем свой путь дальше, как планировали. Вместо этого мы должны остаться здесь и дожидаться. И ждать нам предстоит ни кого иного, как самого Аловиста, правителя Севера.

Нам выделили место в соседнем срубе, где размещалась остальная, немногочисленная свита короля.

И мы ждали. Снова.

Мне не верилось, что это все происходит со мной. Если для Барретта, бывшего генерала, привыкшего к совещаниям в высоких кабинетах, встреча с правителями не была чем-то запредельно особенным, то для меня все было иначе.

Аловист прибыл вскорости. Правители общались чуть больше часа. Все обеспокоенно ждали. Ведь решался вопрос мира. Или новой войны.

Мы же больше волновались о своей собственной судьбе. Как так вышло, что наши проблемы переплелись с вопросами большой политики? Теперь мы не только ждали решения по судьбе двух королевств, но и когда меня призовут к ответу, как невольную носительницу древней магии.

Я и подумать не могла, что мой такой нежеланный обретенный дар король решит использовать в своих целях.

Барретт рассказал об этом сжато, пытаясь смягчить. Он просил меня не думать об этом сейчас. «Если ты решишь отказаться от дара, если такая возможность будет, — говорил он, глядя мне прямо в глаза, — то тебе не стоит ни о чем другом беспокоиться. Мы найдем выход. Всегда».

Но как не волноваться? Теперь от меня, от моего выбора зависело не только наше будущее, но и это перемирие, и отношение к нам сильных мира сего. Король Генрих выразил Барретту свое очевидное недовольство и дал понять, что невыполнение его нового «предложения» могло повлечь самые серьезные последствия — вплоть до обвинений в государственной измене. А я… хотела простой, тихой жизни с любимым мужчиной. Хотя и понимала, что с этим даром, как прежде, уже не будет.

Наконец, нас позвали. Я выдохнула, чувствуя, как сердце замирает, а потом начинает биться с бешеной силой.

То, что задумал наш король, было хитростью. И я с огненной драконьей кровью по рождению и с приобретенной, чужеродной магией севера, была в ее центре.

Аловист был довольно молод, примерно как Барретт. Он занял трон после смерти своего брата. Разница в возрасте у них была большая. Предыдущий правитель севера не оставил наследников,у него было три дочери, про одну из которых стало известно как раз из-за истинности с обычным драконом.

Аловист возвышался над Генрихом на голову. Он был плечист и светловолос. Белые волосы с легким пепельным отливом были стянуты у затылка в строгий хвост. И даже брови были настолько светлыми, отчего его взгляд, и без того пронзительный, приобретал еще большую суровость.

Северные территории меньше наших, но Барретт сказал, что в частности именно благодаря Аловисту, его смелым, порой безрассудно рискованным и абсолютно непредсказуемым решениям, война не закончилась быстрой победой юга, а затянулась на годы, истощив обе стороны.

И сейчас этот дракон смотрел прямо на меня.

А потом вдруг шагнул ко мне ближе. Барретт, стоявший рядом, инстинктивно среагировал — его тело напряглось, и он тут же выступил на полшага вперед, вставая между мной и северным правителем, не скрывая защитного жеста. Глаза Барретта вспыхнули знакомым, предупреждающим огнем.

Аловист остановился, его взгляд скользнул с меня на Барретта, и в уголке его рта дрогнула усмешка. Он оценил реакцию. Затем его внимание вернулось ко мне, но теперь он обратился ко мне напрямую, проигнорировав защитную позу Барретта: