Птица, влюбленная в клетку - Рукие Идели Страница 105

— Пусть еще немного поспит, потом мы спустимся. Да, этого достаточно. Нет, она это не любит. Добавь еще помидоры, – слышала я, как Каран тихо говорил с кем-то по телефону. Что это за сон такой? Почему я до сих пор не проснулась? – Откуда мне знать, Омер? Спроси у Арифа, он разбирается в таких штуках. Нет, в дом никто больше не войдет, кроме нас. Ладно. Спасибо.

Я с трудом подняла голову с его груди и посмотрела на него.

— Ты же… не сон? – задала я дурацкий вопрос.

Он сжал губы и покачал головой.

— Что? – удивленно переспросила я.

Он положил телефон на тумбочку, затем большим пальцем аккуратно провел под моим глазом.

— Жаль, я не смыл тебе макияж. Тебе, наверное, некомфортно с ним, – сказал он мягким голосом.

Ляль, приди в себя, мы, наверное, стали пандой!

Я приподнялась и посмотрела на него.

— Как мы дошли до такого?

Он тоже приподнялся и стал смотреть на меня с нежной улыбкой.

— Что ты делаешь в моей кровати? – я завалила Карана своими вопросами.

Мы оба были одеты, но одежда на нас была вся мятая. Почему же мы спали в таком виде?

— Для начала перестань на меня так смотреть.

А как же я на него смотрела?

— Вчера ты много выпила, и я привез тебя домой. Хотел убедиться, что с тобой все хорошо, а потом уехать, но ты попросила меня остаться. И я остался. Всю ночь ты повторяла, что тебя тошнит, иногда просыпалась. В остальном ночь прошла без происшествий. – Каран поднял брови. – Я просто помог тебе. Ничего такого не было, о чем ты могла бы потом сказать, мол, я была пьяна и ничего не помню.

Последние слова Каран произнес медленно и четко. Боль, пронзающая мою голову, стала сильнее. Я поморщилась, затем протянула руку к лицу Карана и коснулась его. Щетина, кольнувшая кончики моих пальцев, свидетельствовала о том, что он настоящий. Его волосы, щеки, шея – все под моей ладонью было ярким доказательством того, что я видела не сон.

Он слегка улыбнулся.

— Я настоящий, Ляль, – сказал он и, нежно взяв мою руку, поцеловал в ладонь. – Ты правда ничего не помнишь?

Я заморгала.

— Только некоторые вещи, – пробормотала я.

Я помнила, что мы пошли выпить, как видели Альптекина с Батуханом, как с кем-то поругалась, а остального в голове не было. Будто какая-то высшая сила стерла остатки воспоминаний. Я также помнила, как ночью почувствовала запах Карана. Как в какой-то момент проснулась, расплакалась по дороге в ванную и как он помог мне.

Позор! Кто знает, что еще мы натворили и не помним об этом!

Он крепко сжал мою руку в своей.

— Не было ничего, из-за чего ты могла бы переживать, – уверил меня он, поняв, о чем я думаю. – Ты просто была немного раздражена, вот и все…

Интересно, о чью голову на этот раз я разбила бутылку?

Боясь услышать ответ, я спросила:

— Как ты меня нашел? Кто-то сообщил тебе?

Он кивнул.

— Ариф? – спросила я.

Он покачал головой.

— Альптекин?

По его взгляду я поняла, что ему обо мне сообщил Альптекин. Интересно, сделала ли я с ним что-то? Я помнила, что злилась на него, что кричала, сердилась – но не знала, к чему все это в итоге привело.

С этой головной болью я совсем не могла мыслить ясно. Сначала мне нужно было прийти в себя.

Я встала с кровати и посмотрела на Карана пустыми глазами.

— Я пойду в душ. А потом…

Я совершенно не знала, что будет потом, поэтому замолчала. Надо было сказать ему уйти? Надо было поблагодарить его.