Между нами ничего не было - Ария Тес Страница 100

— Бодров, я… - начинаю с улыбки, но он перебивает меня резко.

— Ты что ОПЯТЬ сделал?!

Хмурюсь и все-таки отрываю взгляд от телефона, а когда смотрю на него, сразу считываю злость.

— Не понял.

Это что еще за новости?

Леха шумно выдыхает, потом закрывает за собой дверь и трет лицо. Мда…нет, он реально взрывается! И в чем дело?

Начинаю вставать, а в этот момент старый друг резко отрывает руки от лица и рычит.

— Я, блядь, старался не мешать. Знаешь? Давал тебе возможность самому дойти. Но! Ты, сука, как упрямая овца, которая не хочет заходить в стойло через дверь, а долбится башкой в забор!

Чего, блядь?!

Дергаю головой, с губ срывается нервный смешок.

— Ты че несешь, придурок?!

— Почему Кира плакала?

Резко внутри все напрягается. Веселье стирается напрочь, сердце в тиски. Агрессия моментально заполоняет разум. Я стал за собой это замечать — когда речь заходит о Кире, я сразу встаю на лыжи. Меня бесит, когда ее кто-то касается. В смысле…я доверяю Бодрову абсолютно и полностью, но помню, как он хотел с ней на свидание сходить! И меня это бесит! Я не хочу, чтобы он ее даже словесно касался!

Это дело происходит не только с ним. Мой хороший партнер, с которым я очень долго работал, тоже когда-то пытался подкатить к Кире. Она ему нравилась. Ничего не срослось, и все быстро улеглось, конечно, но вот три дня назад мы с ним встречались. Он ненароком спросил, почему со мной нет Киры, а на ее месте совершенно другая девчонка — и меня перекрыло. Я очень жестко отрезал эту тему, сорвался на рык, чего со мной! Ха! Никогда! Не происходило. Никогда! Я знаю, что такое бизнес. Я в нем вырос. И я прекрасно понимаю, что субординацию нужно держать всегда, даже если вы давно работаете и почти «братаетесь». Нет, это так не работает. Мухи отдельно, котлеты отдельно, как говорится. А тут…опять. Накрыло…

Какая жесть. Держи себя в руках!

Это, конечно, дается с трудом. Я смотрю на Бодрова исподлобья, и мне впервые хочется дать ему в морду.

Он выгибает брови и провоцирует только сильнее.

— Что смотришь как баран на новые ворота?! Я задал тебе вопрос! Почему Кира…

— Рот закрой! Не говори о ней, я серьезно! Сука, ни слова! - повышаю голос.

Кулаки сжимаются до боли.

Дыхание подрывается наверх. На скорость. Сердце глухими ударами стучит в груди. Меня реально кроет. Ревность просто дикая…и эмоций так много. Сука, как их много… я не вывожу и не справляюсь.

Со мной такого никогда не было.

Я снова ловлю себя на мысли, что со мной такого действительно никогда не было. Какое-то сумасшествие…

Бодров устало вздыхает и трет переносицу.

— И что дальше-то? Кинешься с кулаками? Я пытаюсь помочь тебе, придурок, а ты…

— Да с чем помочь, блядь?!

Я вообще ни хрена не понимаю. Ее имя — как красная тряпка для быка. Она стирает всю информацию до талого, остается лишь оно. Это самое имя. Я не помню, с чего начался тупой разговор. Что происходило в принципе! Я помню лишь то, как Бодров сказал «Кира» — и все. Как «фас», только на мою личную, чокнутую манеру.

Леха хмурится. Я часто дышу и зеркалю его. Ни хрена не понимаю.

— Я только что видел ее в «Фисташке». Она вылетела из кафе вся в слезах и даже не заметила меня. Убежала. Я думал…

Пытаюсь сложить два и два. Опускаю глаза в район стола, шарюсь взглядом, словно найду там какие-то ответы и нахожу! Твою мать…