Служебный развод - Агата Лав Страница 96

Когда возвращаюсь домой, бросаю ключи в керамическую чашу у входа и тут же открываю телефон. Быстро набираю сообщение Игорю:

«Как ты? Уехал из офиса или затеял очередные бесконечные переговоры?»

Я захожу в ванную, смываю улицу с рук и лица и направляюсь на кухню. Сперва по привычке достаю посуду для готовки, а потом останавливаюсь. Марка нет, кому я собралась готовить? Легче в холодильнике найти что-нибудь на перекус.

Да, так и сделаю.

Я достаю контейнер с салатом и включаю чайник.

Ох, Катя!

Я вдруг понимаю, что забыла о вещах сына. Сама пообещала отправить их и уже успела закрутиться.

— Молодец, — бурчу себе под нос и снова беру телефон в ладони.

Проверяю приложение доставки, вбивая адрес Паши, и довольно киваю. Цена не кусается. Я поднимаюсь в спальню Марка и складываю в рюкзак сменку, зарядку, наушники и его любимую футболку, в которой он засыпает последние полгода.

И тут… что-то нарушает тишину.

Какой-то шорох.

Я резко оборачиваюсь, чувствуя, как напрягается каждая мышца тела.

Валентин?

Ведь мне не показалось?

Он снова приехал…

Во мне закипает злая досада, я бью по карманам и понимаю, что бросила телефон внизу на столешнице. Я ставлю рюкзак с вещами Марка у двери и поворачиваю к лестнице. Не хочу, чтобы Валентин увидел, что я собрала вещи сына, и начал выяснять, куда он делся. Может, получится выпроводить его без лишних разговоров?

Зачем он вообще приехал?

Он так и будет появляться, когда ему станет скучно?!

Чтобы снова обвинять. Требовать. Забирать мебель. Ломать все хорошее…

Кроме этого он все равно ничего не умеет.

Сердце бьется в груди неровно. Мне хочется быть спокойнее, но я постепенно закипаю. Я ступаю по ступенькам и где-то на середине лестницы замираю…

Злость превращается в шок, а потом в дикий страх. Меня им окатывает как ледяной волной, когда я вижу в гостиной незнакомца. Высокий мужчина с фигурой боксера поднимает на меня глаза и придавливает ледяным взглядом. Мне становится дурно. Такие выдрессированы на силу, не на диалог.

Я сжимаю перила, чувствуя, как металл больно впивается в ладонь.

— Вы кто? — мой голос выходит сиплым и слабым.

Мужчина не двигается. И не отвечает.

Но в следующее мгновение я замечаю за его спиной какое-то движение. Я машинально перевожу взгляд туда и вижу, как в проеме появляется знакомый силуэт.

Марисов.

Да, это точно он.

Он медленно выходит из тени холла и коротко оглядывает мой дом, словно ему действительно интересно, какой цвет для покраски стен я выбрала. Так проходит несколько секунд, после которых он обращает на меня внимание.

— Все в порядке, — бросает он мне небрежно. — Он со мной.

Боксер отступает в сторону, как охранник.

Я все еще не двигаюсь. Неотрывно смотрю на Марисова, а мое дыхание сбивается от накопившегося напряжения.

— Добрый день, Екатерина, — произносит Давид и бросает кожаные перчатки на тумбу.

— Вечер, уже вечер, — поправляю его. — Что вы делаете в моем доме?

— Хотел повидаться, поговорить.

— Стоило позвонить и получить приглашение.

Он усмехается и запрокидывает голову, чтобы лучше разглядеть меня. Между нами остается несколько ступенек и перепад высоты. Я пытаюсь понять, как поступить лучше. Моя интуиция сходит с ума и вообще предлагает кинуться обратно наверх и закрыться в любой комнате на замок. От Марисова что-то исходит такое… темное, опасное, противное… И я уже убедилась, что для него не существует неприемлемых методов. Он готов на все.