Дружба чистых сердец - Оксана Евгеньева Страница 71

Да, Николаю Ивановичу явно удалось заразить детей своими идеями. Это ведь не так просто на самом деле. Я с уважением посмотрела на тренера. Он что-то шептал Стасу, сыну местного управителя, на ухо, и тот посмотрел на нас. Прямо словил мой взгляд, и мне почему-то стало неловко. Я попыталась улыбнуться. Но приветливость и благодушие никогда не были моими сильными сторонами. Выдавив из себя кривую ухмылку, я поспешила отвернуться и продолжила наблюдать за ребятами.

Наконец, раздался свисток, а потом аплодисменты. Бойцы, участвовавшие в спарринге, поблагодарили друг друга за отличную работу.

— Друзья, пожалуйста, останьтесь на минутку. У наших гостей есть к вам пару вопросов. Хотелось бы, чтобы вы помогли, если сможете.

Николай Иванович закончил свою речь и указал рукой на Витю. Мой товарищ вышел в круг и громко сказал:

— Как вы знаете, в вашем поселке произошло два неприятных события. Я сейчас говорю про утопленника и убийство отдыхающего. Если кто-то из вас видел этих людей, что-то о них знает: с кем они встречались, что делали и так далее, – я прошу нам помочь.

— А вы из полиции? – обратился к Вите один из мальчишек.

— Я помогаю в расследовании этого дела, – уклончиво ответил Виктор. – Но полицейские тоже зададут вам эти вопросы, поэтому будет лучше, если вы напряжете свои мозги и память. Я знаю, что ваш тренер учит вас наблюдательности. Поэтому верю, что вы могли увидеть то, что другие пропустили. Я живу в восемнадцатом доме. Вы всегда можете ко мне прийти и рассказать что-то, что вам показалось подозрительным.

В зале стояла тишина. Ни один из присутствующих не выявил желания нам помогать.

— Все свободны! Можете идти переодеваться, – резко прервал тишину Николай Иванович, и зал потихоньку начал пустеть.

— Стас, подойди сюда! – позвал своего помощника старый тренер.

Сын Михаила Александровича подошел к нам.

— Здравствуйте, – сказал Витя. – Мы бы хотели с вами поговорить.

Мне нравилось, как Витя уверенно произносил слово «мы», потому что говорил все время только он, а я наблюдала. Но меня и это устраивало, конечно. Сомневаюсь, что кто-то здесь стал бы общаться со мной на полном серьезе. Я уже сюда приходила и все, что мне предложили, это заняться своими делами и подлечить голову. Дельные советы, но я лучше умных людей послушаю.

— О чем вы хотите со мной поговорить? – в голосе Стаса сквозило недовольство.

— Идите в мой кабинет, зал надо убрать и проветрить, – распорядился Николай Иванович, и Стас послушно двинул по коридору, а мы за ним.

Мы расселись на уже привычные места, и Стас повторил свой вопрос:

— О чем вы хотите со мной поговорить?

— Вы знали Геннадия Петровича? Того, что утонул?

— Ну видел пару раз. Он у Ольги, художницы, останавливался.

— А почему вы об этом не сказали, когда его труп выловили?

— Ну, потому что это не мое дело. А Ольге проблемы зачем? Этот мужик приезжал сюда иногда, общался с моим отцом. У них общие дела.

— Вы о них знаете?

— А что тут знать? Хотят строить здесь курорт. Договариваются, как бабло пилить будут.

— А вы против?

— Против курорта? Или против распила? – Стас хохотнул. – Меня все это дерьмо не касается. Я с детьми занимаюсь и мне плевать, что там делает отец и его дружки.

— Вы с ним не общаетесь? – влезла я.

— С кем? – не понял Стас.