Дружба чистых сердец - Оксана Евгеньева Страница 69

В свисток дул мужчина. Я его раньше видела. И здесь, в клубе, и на пляже. Рядом с ним стоял Николай Иванович. Он нас заметил, что-то зашептал мужику со свистком и двинулся в нашу сторону.

— Здравствуйте, – сказала я. – Мы бы хотели с вами поговорить.

Тренер кивнул, посмотрев внимательно на Витю и сказал:

— Пройдемте со мной.

В кабинете он включил чайник и указал нам на стулья.

— Надо согреться, вы промокли до трусов.

Я хмыкнула, а Витя сказал:

— От чая бы мы точно не отказались.

— О чем вы хотели со мной поговорить?

Витя решил взять инициативу на себя, а я не возражала. Потому что дед меня уже однажды раскатал в этом кабинете, так что мое дело – помалкивать и внимательно слушать.

— Меня зовут Виктор Семенов, я здесь по делам своего усопшего друга Геннадия Петровича, которого нашли недавно на пляже. Знаете такого?

Тренер покачал головой.

— Вы его могли видеть, это тот, что утонул недавно.

— Да, я понял, о ком вы. Что вы от меня хотите?

— Дело в том, что моего друга убили. Кто-то напоил его, а потом утопил. Я здесь, чтобы разобраться в этом. Я знаю, что вы в поселке личность известная. Вас уважают. Вы работаете с детьми. А дети, как вы знаете, очень наблюдательны. На них мало кто обращает внимание, а зря. Я бы хотел вас попросить, можно поговорить с ребятами? Может, кто-то что-то знает о моем друге или видел что-то необычное?

Тренер задумался, было видно, что происходящее ему не очень по душе. Одно дело разговаривать с дурочкой вроде меня, а другое – с Виктором. Да и если дедушка не дурак, он должен понимать, что мой партнер – человек серьезный и основательный.

— Я не знаю, чем мои дети могут помочь. Но вы можете с ними поговорить. Только в моем присутствии.

— И еще, можно побеседовать с вашим тренером, с сыном Михаила Александровича? Он же у вас работает?

— Стас? Да, у меня. Вы его видели, он сейчас в зале с ребятами. Дождитесь, когда кончится тренировка только. Не мешайте занятию. Сегодня у ребят важный день.

Тренер встал и достал чашки. Маленькие круглые пиалы, которые я уже видела в этом кабинете. Налил чай из глиняного заварника и достал тарелку с печеньем и сухофруктами. Он действовал так ловко, что мы с Витей застыли и наблюдали за движениями старика.

— Сколько вам лет? – не выдержала я.

— Восемьдесят будет скоро, – ответил дед и улыбнулся.

— Ого!

— А чему вы удивляетесь? Вы же знаете, что возраст – это не цифры. Это дух. Когда вы займетесь своим духом, вы поймете, о чем речь. Вы молодая девчонка, Василиса, а ваш дух покрыт пылью, состарен искусственно. Вот и тело ваше не повинуется вам.

— А что вы обо мне скажете? – с интересом спросил Виктор.

— Молодой человек, а что о вас говорить? Вы и так прекрасно все знаете. Супермен, – серьезно сказал дед, а я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Мой партнер сидел с довольной рожей и пил чай.

— Скажите, а ваши ребята, они какой стиль борьбы изучают? Они так ловко двигаются.

— Мои ребята обучаются искусству боя. Это не стиль. Это идеология.

— Это как?

— Моя задача – не научить их драться. Есть такая фраза, моя любимая: «Тот, кто владеет боевыми искусствами, – не дерется». Я учу этих мальчиков быть смелыми, ловкими, не бояться испытаний и не пасовать перед болью. Вести себя достойно. В любых обстоятельствах. Победа – это не наша цель. Наша цель – воспитание личности. Побеждает ведь не тот, кто самый сильный. Побеждает гибкий, хитрый и умный воин, обладающий многими техниками, а главное – умением анализировать противника. Знать слабые места, не бить куда попало, не лезть на рожон. А продавливать оборону, используя хитрость. Это не борьба, это искусство. Я никогда не умел драться. Собственно, я нигде этому не учился. Просто в мою молодость были очень популярны фильмы про каратистов. И ведь это какие фильмы были! Не просто махалки руками-ногами. Это была философия. Я интересовался этим, читал книги, ездил на занятия, учился. Михаил Александрович, кстати, очень помог мне. Он нам и оборудование поставлял и видеокассеты, а потом и поездки организовывал.