Одна за всех и все за одну - Оксана Евгеньева Страница 60

— Ладно, но думать ты мне не запрещаешь же, верно?

— А бутербродика у тебя нет?

— Слушай, сколько ты ешь?

— Не переживай, я много двигаюсь. Видишь, какой красивый, – Макс поднял свитер и показал мне свой идеальный живот.

И я впервые другими глазами посмотрела на друга и покраснела. Особенно меня впечатлила растительность в районе живота, рыжие волоски смотрелись очень сексуально и спускались от пупка ровной дорожкой вниз. Кажется, у кого-то большие проблемы по части воздержания. Я перевела взгляд на свои руки и постаралась прийти в чувство.

— Так что насчет бутербродика?

— Так что насчет рассказать про Влада?

— Шантажистка! Ладно. Тогда два бутербродика, пожалуйста.

Я пошла к холодильнику, а Макс начал свой рассказ.

— Влад – сын одного из основателей города.

— Так, стоп. Кто это у нас тут основатель? Я думала, корни ведут к Екатерине.

— Ну я образно. В девяностые, когда был серьезный распил и власть переходила из рук в руки, в городе появились свои герои, которые решили поделить все по-своему. Вот, отец Влада был в одной из группировок. Это сейчас он уважаемый человек, а тогда его не просто уважали, а тупо боялись. Но я тебе скажу, мужик он хоть и жесткий, но умный. У нас здесь не было такого беспредела, как, например, в центральной России. Хотя, честно говоря, я тогда пешком под стол ходил и все, что могу помнить, – это как неделями не было газа и света. И как денег не было у родителей ни копья. Ну я думаю, ты тоже это помнишь.

Я кивнула.

— Так вот, рассказывают, что он был умным мужиком. Он и при Советах у власти был. И после сохранил и приумножил свое влияние. Сынка своего растил один. Мама сбежала или сгинула. Теперь никто не скажет. Но поговаривают, что Владик – плод любви барина с проституткой. Но правда тихо поговаривают, чтобы никто особо не услышал. Владик рос в нормальных условиях. Думаю, он без света не сидел. Юность его пришлась на лихие двухтысячные, но в армии он не служил, а вот учиться поехал в столицу. Закончил приличный вуз и вернулся домой. Хотя мог остаться в Москве. Но говорят, ему милее южные просторы. Не знаю, насколько отец помогал ему в карьерном росте, но уверяю тебя, одного имени его было достаточно, чтобы парня везде любили и принимали с распростертыми объятиями. Он рос, развивался, выстраивал свой бизнес.

— А чем он занимается?

— А чем он только не занимается. Но официально – клубно-ресторанный бизнес. А также сеть магазинов по всему городу. У него много заведений. И «Истина» – лишь одно из. И надо сказать, у него не притоны какие-нибудь. А очень прилично все. Супер-повара, сомелье и прочее. Сейчас ходят упорные, но пока неподтвержденные слухи, что Влад собирается во власть. Поэтому сама понимаешь, врагов у него достаточно.

— А где его отец?

— Отец давно ушел на покой. В две тысячи четырнадцатом, когда начались глобальные перемены, он смог удержаться на плаву и укрепиться. Но тогда всех накрыл сильный кризис. Ты же знаешь, что выжили сильнейшие. Бизнес его продолжает набирать обороты, а вот папашка Влада знатно сдал. Говорят, сейчас где-то лечится за границей.

— Влад по-честному играет?

Макс засмеялся:

— Слушай, он красавчик. Меценат, построил художественную школу, помогает сирым и убогим, платит налоги и ведет отчетность так, что не подкопаешься. Нет ни одного документа, который бы давал нам право сомневаться в его действиях.